Как Женя и предполагала, в зале было еще пустовато, а столик, на который она рассчитывала — никем не занят. Столик находился в дальнем углу, почти за эстрадой, на которой после девяти вечера играл живой оркестрик — банд, состоявший из очень неплохих музыкантов. Однако большинство посетителей предпочитали столики потише. Но сегодня Женя к их числу не относилась: с избранного ею места отлично просматривался весь зал. Засветиться раньше времени она не боялась: приятный полумрак, царивший в ресторане, те, кому он был не по душе, рассеивали с помощью бра, укрепленных над каждым столиком. Она включать свет не собиралась. Глянув на часики, Женя прикинула, что ожидать неверного любовника с его мымрой следует минут через тридцать. Времени как раз хватит на коктейль и, возможно, кофе… А вот и официант, наконец-то увидевший роскошную женщину за непопулярным столиком!

— Ужин я закажу попозже, — улыбнулась Женя рыжеватому парню в неизбежном смокинге. — Как только появится мой друг… А сейчас будьте любезны ваш фирменный коктейль с мартини, чуть позже чашечку кофе по-турецки… Видите ли, мой друг может немного задержаться!

Зал между тем постепенно заполнялся. Некоторых из прибывших Женя уже знала в лицо, однако общаться здесь между собой, тем более здороваться, было не принято.

Прикончив коктейль, она спокойно закурила, бросила быстрый взгляд на входную дверь и слегка вздрогнула: Мозолевский в обществе той самой выдры с короткой стрижкой как раз входили в зал!.. И Женя вдруг с ужасом ощутила, что решимость, которую она чувствовала еще минуту назад, стремительно покидает ее. Острый и горький ком внезапно образовался где-то в горле, сердце рвануло с места в карьер и заколотилось с немыслимой скоростью. Непонятная слабость, охватившая все тело, словно приклеила ее к мягкому стулу…

Как завороженная, она смотрела на Романа, с нежностью придерживающего за локоть свою спутницу, оказавшуюся в жизни куда эффектнее, чем на снимках, сделанных Семой… Она не сразу услышала мужской голос, явно обращенный к ней и прозвучавший почти рядом. А когда услышала, ей пришлось сделать немалое усилие над собой, чтобы оторвать взгляд от своей соперницы, которую Мозолевский в этот момент заботливо усаживал на стул, и перевести на назойливого нахала, наверняка пытавшегося с ней познакомиться.

Именно тут-то Женю и ожидало следующее потрясение: в первое мгновение, подняв голову на приставалу, она подумала, что спятила: ей показалось, что Роман раздвоился и вопреки очевидности не только сидит за их любимым столиком, но одновременно ухитряется стоять рядом с ней и что-то говорить… Мужчина, возникший перед Женей — она это осознала уже в следующую секунду, — Романом, разумеется, не был. Хотя походил на ее предателя любовника и впрямь просто фантастически, во всяком случае на первый взгляд… Пораженная, Женя автоматически кивнула ему, даже не вслушавшись толком в то, о чем он спрашивает. И незнакомец, улыбнувшись, грациозно приземлился напротив Жени… Похоже, он интересовался, свободно ли место за ее столиком…

Глянув на него еще раз, она поняла, что мужчина, которому на вид было не более двадцати пяти лет, просто необыкновенно красив, однако сходство с Мозолевским было не столь явным, как ей показалось. И, пожалуй, ограничивалось исключительно пышной белокурой шевелюрой и правильными чертами лица. Глаза у незваного соседа по столику были не голубыми, как у Романа, а золотисто-карими, что придавало ему дополнительный шарм…

— Вижу, вы тоже собираетесь поужинать в одиночестве, — ласково улыбнулся он.