– Выше по течению есть брод, – любезно подсказал Кхун. – Ты его легко найдешь.

Лиондисванон неуверенно шагнул в указанном проводником направлении, обернулся, а потом видимо вспомнил мой совет и побежал.

– Надеюсь, он не станет рассказывать каждому встречному о небольшом приключении, в котором побывал, – выразительно посмотрев на Кхуна Чиа, сказал я.

– Нет, он не станет болтать, – уверенно заявил тот. – Уже вечером он попадет в поселок Чианграй, а там нечаянно съест ядовитую рыбу. К утру болтать будет уже некому.

– Ты что, Бог? – хмыкнул Ангудо.

– Нет, конечно, – тоже усмехнулся горец.

– Кстати, тебе уже давно пора признаться, кто тебя послал, – ненавязчиво напомнил я, подозрительно щурясь.

– Хорошо, – сдался тот. – Мое имя Кхун Чиа. Меня послал резидент Бангкогского отделения Бюро Стратегической разведки, чтобы я проводил группу АКСАЙ‑4А в Мэсалонг. И если вы, лейтенант Кастр, хотите придти туда вовремя, я советую выступить прямо сейчас.

Возражений у меня не было. Мы быстро собрали амуницию, Луи закончил подзарядку "кентавра", Миха весьма эффектно даже по мнению туземца скрыл следы привала и мы вышли на неширокий речной пляж. Кхун шел впереди. Миха, которого я попросил присматривать за туземцем и за тропами, что тот станет выбирать, шел следом. Луи ехал на своем роботе, а мы с негром замыкали наш небольшой караван.

Метрах в трехстах ниже по течению сплошную стену непроходимых джунглей взрезало высохшее глиняное русло ручья. Знай мы о нем раньше, уже давно карабкались по горам и Кхун не нашел бы нас так легко.

Сначала импровизированная тропа, в изобилии усеянная следами диких животных и домашних коз, лишь слегка поднималась. Потом откосы стали выше, и дорога пошла гораздо круче вверх. Нам даже пришлось пропустить вперед киборга и идти сзади, держась за укрепленный на спине "кентавра" канат. А так как роботу было наплевать на комфорт, он шел довольно быстро, и приходилось резво переставлять ноги, чтобы не продолжить путь на брюхе.

– Скоро мы поднимемся на хребет, – утешил Кхун, обливаясь ручьями пота под жарким солнцем, как и все мы. – Тогда идти станет легче и не так жарко.

– Жаль, – бравурно заявил негр. – Отличная погодка...

На черной коже струи пота было видно хуже, но потемневшая от влаги футболка под слабо мерцающим комбинезоном говорила сама за себя.

Скоро киборг и правда вытянул нас на вершину горы. Деревья там по ниже, да и росли не так густо. Идти можно было и, не придерживаясь троп. Ко всему, стало попрохладнее из‑за поднявшегося ветерка. Лежащие у подножья душные влажные джунгли и оплывающая маревом плодородная долина, сверху казались просто адом.

Как не странно, но наверху, и чем выше, тем больше, тропинки встречались чаще. Порой мы проходили даже по краю небольших засаженных светло‑зеленой порослью, а кое‑где и цветущих ярко‑алыми цветами, делянок.

– Опийный мак, – сквозь зубы, словно говорил о личном враге, объяснил Кхун. – Еще в прошлом году его было гораздо меньше...

– Спрос и предложение, – непонятно к чему сказал Луи.

– Я думал красные против наркомании, – удивился я.

– Мак сильнее идей, – пожал плечами Чиа. – Мак – это не только дурь, но и лекарство... А, кроме того, комми переправляют опий и героин в Содружество. Они считают наркотики оружием не слабее ядерного.

– Тогда почему мы проходим мимо и не выжигаем эту заразу? – равнодушно поинтересовался Ангудо.

– Этих делянок здесь миллионы... – ответил, горестно вздыхая, Кхун и снова пошагал вперед.

Тропа заторопилась вниз. Ноги дрожали, мелкие камешки так и норовили выскользнуть.