— Пожалуй. Итак, мы создаем нечто вроде…

— Общества.

— Не благотворительное ли?

— Да уж нет. Не опасайтесь.

— Вы меня успокоили.

— Успокаиваться рано. Наше деловое предприятие требует мужества и ума.

— Пусть это будет моим вкладом.

— Не только. Я говорила еще о деньгах.

— Я помню. Это проза.

— Будет и романтика.

И она развернула перед ним лист бумаги, ка который были нанесены две схемы: одна изображала какое-то внутреннее помещение, другая — участок улицы.

— На глаз тут мало что понятно, — сказал он, просмотрев чертеж.

— Это же не прокламация, которую клеют на стенку для каждого дурака.

— Спасибо, что не считаете меня дураком. Однако надеюсь на пояснения.

— Имеющий уши да слышит.

— Мои уши в вашем распоряжении.

— Перед вами план подвалов банка.

— Это я понял.

— Ценности — вот здесь.

— Очень интересно.

— А это улица, как видите.

— Вижу.

— С одной стороны банк, с другой — дом.

— Дом, который слева от банка?

— Совершенно верно.

— Там, кажется, булочная?

— Была.

— А что же сейчас?

— Булочная закрыта, а в остальной части дома живет бывшая владелица, вернее, вдова хозяина, недавно скончавшегося.

— Одна.

— В этом и дело. Она стара, одинока, дом ей просто в тягость.

Техник уже все понял, но спросил:

— Вы хотите, чтобы я женился на ней?

— Слава! Мне нравится ваше чувство юмора, но, увы, я ревнива.

— Виноват, я поступил бестактно. Но что же я должен сделать? Стать дворецким, домоуправителем, мажордомом, что по-русски означает…

— Я знаю, что это означает. Вам не придется стоять у подъезда в ливрее. Вы, просто купите этот дом.

— О!

— Дом прекрасный, просторный, с подвалом и погребом во дворе. А главное, от дома до банка ровно двадцать семь метров.

— Это не так уж мало.

— Хорошо. Пусть будет пятнадцать саженей. Но фактически гораздо меньше. Посмотрите сюда.

И Софи со знанием дела принялась излагать технические подробности своего плана.

— Ну, теперь вы понимаете, что сделаете выгодную покупку?

— Цыплят, как говорится, по осени считают.

— Значит, вы не оценили мою идею?

— Идею, я оценил вполне, но она требует воплощения в жизнь, а жизнь, как известно…

Техник замолчал, прервавшись на полуслове.

— Вы колеблетесь?

— Я думаю, — ответил он, на этот раз очень серьезно.! — Как говорится по-латыни, когито, эрго сум.

— Что ж, подумайте. А я попью чаю.

Она положила сахар и стала не спеша размешивать его ложечкой.

— Вдвоем нам не справиться.

— Я думала об этом.

— И что же?

«Если она предложит своих людей, это ловушка», — решил Техник.

— Потому я и обратилась к вам. У вас должны быть подходящие люди.

— Люди найдутся, — заверил он с облегчением.

— Только не ваши бандиты. Это обойдется слишком дорого.

— Согласен. В той новой жизни, которую вы предложили мне, они, пожалуй, ни к чему.

— Кто же тогда?

— Я найду.