И вот теперь, лежа без сна глубоко заполночь, я размышлял о странных штуках, которые иногда выкидывает судьба. Не иначе как провидение изрядно набралось перед тем, как выбросить нам жребий! Иначе как объяснить тот факт, что дитя любви и света, призванное пророчеством сокрушить проклятие рода человеческого, преспокойно дрыхнет в обнимку с этим самым проклятием и, похоже, не испытывает ни малейших угрызений совести?

Король Йонас продолжал бесноваться под моими стенами, но поделать ничего не мог: защита держалась, на крайний случай у меня был сторожевой дракон, а рыцари, посовещавшись, начали потихоньку разбегаться по своим замкам. Им вовсе не улыбалось длительное сидение средь чиста поля, а большинство из них, опытные вояки, прямо заявляли, что осада моего замка – пустая трата времени. Откуда я это знаю? Ну я же говорил, что вороны и волки – отличные разведчики и шпионы.

А ещё сегодня ближе в вечеру маги предприняли попытку объединить силы и попробовали устроить совместную атаку. Ничего путного из этого не вышло: достопочтенные магистры благополучно перессорились, выясняя, кому где стоять и какими молниями швыряться. Король Йонас на них наорал, но добился только одного – маги дружно на него обиделись. Правда, принц Кассинг, обладавший, как выяснилось, задатками дипломата, их помирил, но отношения короля с магами оставались крайне натянутыми.

Сам же принц Кассинг продолжал слоняться вокруг моего замка, то и дело заунывно призывая меня высунуть нос из своей норы и сразиться с ним в честном поединке. Подозреваю, бедняге и в голову не приходило, что я и в честном поединке вполне способен сделать из него рагу: мой возраст никак не сказывается на моем умении владеть оружием, а уж боевого опыта у меня – Кассингу и не снилось! Правда, я уже давно не брал в руки меча, но, тем не менее, подозревал, что Кассингу в любом случае со мной не тягаться.

Однако в целом ситуация по-прежнему выглядела до жути запутанной. Мне было совершенно неясно, что делать с этой армией под моими стенами, с треклятым пророчеством, со строптивой принцессой Йолин, явно решившей обосноваться в моем замке надолго, а главное – с моими чувствами к этой самой строптивой принцессе. Одна часть моего разума, ещё сохранившая способность к здравым рассуждениям, полагала, что с Йолин мне надо расстаться, и чем скорее, тем лучше. Другая же часть (значительно большая) расставаться с принцессой отказывалась наотрез, и, надо сказать, эта позиция импонировала мне куда больше.

В конце концов, мне надоело терзаться раздумьями, я решил пустить дело на самотек и, покрепче обняв свободной рукой Йолин, всё-таки уснул…

Ещё несколько дней прошли, как обычно: король Йонас с изрядно поредевшим войском шумел под стенами, поливал дождь, временами переходящий в мокрый снег, злорадно подвывали в ближайшем лесу волки… У меня занятий хватало: надо было и опыты проводить, и много чего ещё делать… Я всё ждал, когда же принцессе надоест моё сомнительной приятности общество, пресловутая тишина и безделье, но, похоже, мог не дождаться этого в ближайшие года два. Йолин одолела-таки вступление и не на шутку увлеклась «Похождениями достославного рыцаря Алой Птицы…». Читала она быстро, хмыкая и фыркая в определенных местах, а временами заливаясь звонким смехом. (Полагаю, на самых непристойных эпизодах.) А поскольку «Похождения…» насчитывали несколько томов всё возрастающей толщины, то интересным занятием Йолин была обеспечена надолго…

Одним словом, можно сказать, что в жизни моей мало что изменилось. Я занимался тем же, чем и всегда. Моя защита не мешала мне общаться с некоторыми коллегами (большинство из которых я никогда не видел и, честно говоря, и не хотел видеть) и обмениваться информацией.