– Покойся в мире. – Постояв в молчании некоторое время, он поднял глаза и улыбнулся. – А теперь, джентльмены, приступим к бракосочетанию.

– В салун! – радостно закричал Шрам.

– Не торопитесь, джентльмены. – Элдридж покачал головой, и Макшейн с Энн удивленно взглянули на него. – Церковь отсюда на таком же расстоянии, как и салун. То, что заупокойная месса была отслужена в салуне, имело смысл. Там Чарли тихо и благопристойно умер, но обряд бракосочетания должен совершаться в церкви. Эрон, ты здесь?

Молодой человек, игравший на пианино в салуне, выступил вперед.

– Я здесь, святой отец.

– Пойди и настрой орган, сын мой.

– Хорошо, ваше преподобие.

Толпа направилась вслед за ним к церкви. Только Энн не двинулась с места.

– Что-нибудь случилось? – нетерпеливо спросил Йен.

Он не мог оторвать от нее глаз. В свадебном платье она выглядела юной девушкой, идущей под венец из стен монастыря.

– Я не собиралась венчаться в церкви.

– Но это – обычное место для венчания.

– Зато у нас не обычная свадьба.

– Какой бы она ни была, я хочу, чтобы все делалось по закону.

– Конечно, но… это слишком… правдоподобно. Йен молча взял ее за руку и потянул за собой.

Она подчинилась, но всю дорогу до церкви ему пришлось вести ее почти силой.

– Почему вы заставляете меня тащить вас? – раздраженно спросил он.

– Я с удовольствием отменила бы все это.

– У вас есть пять секунд, чтобы отказаться. – Макшейн в ожидании замер на месте.

– Не останавливайтесь! – прошипела Энн. У церкви их встретила Далси.

– Мистер Макшейн, когда войдете, становитесь рядом с Гарольдом. Энни, мы собрали букетик, возьми его. Господи, просто не верится.

– Мне тоже, – пробормотала Энн.

– Мистер Макшейн, встаньте перед алтарем. Энн, я пойду впереди. Доктор Дилан собирается быть посаженым отцом.

Йен пошел, куда указала Далей, и, оглянувшись, увидел седоволосого человека, который брал невесту за руку. Зазвучал орган. Энн, очень бледная, медленно шла за Далси.

Седоволосый джентльмен подвел ее к Йену.

Макшейн выговаривал слова громко и отчетливо, чтобы их было слышно во всей церкви, Энн почти шептала, и ей пришлось все повторить. Затем Иен снял с мизинца кольцо с топазом и надел его Энн. Преподобный объявил их мужем и женой, велев Йену поцеловать супругу.

Тот с радостью исполнил приказание, Энн не ответила на поцелуй, но ее губы прижались к его рту. По телу Макшейна прокатилась горячая волна. Он раздвинул ей губы языком и стал жадно целовать их, добиваясь ответной реакции. Поняв бессмысленность сопротивления на виду у всех, Энн подчинилась.

Иен наслаждался ее близостью, вдыхал свежий аромат мяты, исходящий от ее платья. Его жена… Удивительная женщина. «Удивительная шлюха», – напомнил он себе. Но салун принадлежит ему, она тоже принадлежит ему, и скоро он закончит дело, ради которого приехал.

– Аминь! – донесся до него голос преподобного Элдриджа.

Макшейн отпустил Энн. Ее глаза, словно два голубых кинжала, пронзали его насквозь, рука, которую она поднесла к губам, дрожала.

– Друзья, мы должны подписать кое-какие бумаги, – начал Элдридж, – а потом…

– Свадебный тост! – подхватил Шрам.

Подпись Энн на брачном свидетельстве вышла криво, Йен расписался твердо и решительно.

– Поздравляю, дорогая Энн! – улыбнулся преподобный.