Не дожидаясь ответа, она прошла к мойке и взяла со стола большой кувшин с пивом. Ей нужно было подумать. Гриерсон? Гриерсон? Где-то она слышала эту фамилию. Сара вернулась на кухню с кувшином в руках. Рой усадил Джэнайн за столик, а сам остался стоять. Тут Сара вспомнила, и будто гром грянул среди ясного неба. Ну конечно же, Джэнайн Гриерсон. Сердце у Сары заныло. Дочь владельца мясной лавки на Портобелло-роуд. Того самого, у которого собственный дом в районе Риллинггон-Плейс, рядом с "Кристис". Что, черт побери, общего у Джэнайн с ее Роем? Нет, она не считает, что сын ее недостаточно хорош для такой девушки, как Джэнайн. Но ее мать, Элайза Гриерсон, прочит своей единственной дочери блестящее будущее. Уж это-то Саре известно.

Через силу улыбнувшись, Сара налила два стакана пива, и, как только поставила их на столик, Рой сказал:

– Джэнайн беременна, ма. От меня.

Это была последняя гильза.

Мора сидела на деревянном ящике. Ее длинные светлые волосы казались живыми при свете солнца, придававшего им золотистый блеск. Синие глаза внимательно следили за каждым движением братьев. Пятилетняя Мора усвоила, что мешать братьям нельзя, надо сидеть тихо и смотреть, иначе мальчики убегут и оставят ее одну.

Вот Гарри подал Бенни большой молоток. Потом осторожно взял набитую гильзу и положил на траву. Пришлось раз, другой подавить на нее, чтобы не падала набок. По знаку Гарри, Бенни ухватил молоток и занес над головой, чтобы в нужный момент опустить на гильзу. Гарри поправил очки и, подняв руку, резко опустил ее вниз, словно стартер на гонках...

– Мы не против, милая, но подумай, что скажет твой отец. Да он просто взбесится, когда узнает. Есть ребенок, нет ребенка – не важно. Он все равно никогда не позволит тебе выйти за Роя. Поверь мне. – Сара говорила так убедительно, что у Роя кровь в жилах застыла. Женщины ждали, что он скажет, как вдруг увидели, что глаза его округлились и, казалось, сейчас вылезут из орбит.

– Бенни, Бенни, не вздумай, чертов выродок! – заорал Рой так, что Джэнайн и Сара подскочили на своих стульях. И тотчас же из садика донесся отрывистый хлопок, а вслед за ним слабый вопль Моры, Все трое выскочили на задний двор с такой скоростью, словно их катапультировали.

Мора видела, как молоток опустился на гильзу, и слышала донесшийся из дома голос Роя. Затем ее ослепила яркая вспышка голубого света, за которой последовал хлопок. Как при замедленной киносъемке, Бенни отлетел назад и тяжело рухнул в кучу мусора на дальнем конце дворика. Как раз в этот момент девочка и закричала. Сквозь застилавшие глаза слезы она смогла разглядеть, как Гарри добежал до забора и перемахнул на другую сторону.

С сильно бьющимся сердцем, Рой помчался к тому месту, где лежал Бенни. Сомнений нет: Гарри убил брата.

Рой осторожно приподнял голову Бенни, прижал к себе, в то же время не спуская глаз с матери, в ужасе зажавшей себе рот рукой.

Бенни был весь вымазан сажей, над его головой еще не рассеялось вонючее облако от сгоревшего пороха.

Всматриваясь в лицо брата, Рой не мог сдержать слез.

– Бенни... Бенни! – повторял он глухим голосом, обратив взор к небесам. Джэнайн, потрясенная, подошла к Море, привлекла девочку к себе и стала перебирать ее длинные золотистые волосы.

Вдруг Бенни открыл глаза и посмотрел в залитое слезами лицо брата.

– Что случилось? – Детский голосок Бенни вывел всех из мрачной задумчивости. – Кажется, я разок ударил молотком, а затем взорвался!

Бенни огляделся с обалделым видом и спросил:

– А где Гарри?

Помогая Бенни подняться, Рой чувствовал, как страх постепенно покидает его.

– Когда этот ублюдок вернется домой, я уж точно прикончу его.