— Не покидало, — сказал он твердо. — Вот и мои водители подтверждают. Уж вчера-то точно это транспортное средство с места не двигалось.

— Меня волнует скорее позавчера, — уточнил Елагин.

— А позавчера разве что-то случилось?

— А позавчера, — с той же издевательской интонацией ответил Елагин, — в городе, господин Киреев, произошло убийство вдовы Трегубова, если слышали.

— Ах, вот вы о чем? Мне и в голову не могло прийти, что вы хотите связать эту машину с ограблением бедной женщины.

— С убийством и имитацией ограбления, — поправил Рюрик, пристально глядя в глаза Кирееву.

— Значит, у вас имеются доказательства? — хмыкнул Киреев.

— А вот их мы с вами сейчас и попробуем найти. Итак, господа понятые, попрошу подойти ближе. — Рюрик раскрыл папку и развернул листы протоколов допросов Закутского и продавщиц из магазина, напротив дома, где жила Трегубова. — Вот, в показаниях свидетелей сказано, что погибшая имела при себе синий целлофановый пакет, в котором лежали следующие предметы: килограмм апельсинов, пачка зеленого краснодарского чая, банка кофе «Гранд», полкило шоколадных конфет «Мишка косолапый» и черный кожаный кошелек с деньгами. После убийства женщины на месте преступления остались обрезок трубы и несколько апельсинов, которые выпали из пакета при падении женщины на землю. Далее прошу вас обратить внимание на следующий факт. Как показывает один из свидетелей, синего пакета рядом с телом женщины не оказалось, предположительно его увез с собой убийца, имитировавший ограбление. Собирать на земле апельсины ему было некогда, да и обрезок трубы был им отброшен в сторону, а искать его, чтобы увезти с собой, тоже времени не хватило, тем более что женщина, по показанию свидетеля, узнала своего убийцу и крикнула: «Гнат», что следствием трактуется как имя Игнат. Иными словами, Игнат Русиев, личный охранник супруги господина Киреева, — Рюрик, демонстративно и не глядя, ткнул карандашом в сторону Юрия Петровича, застывшего с каменной улыбкой, — неоднократно судимый за уголовные преступления, пустившийся нынче в бега и уже объявленный в федеральный розыск. У вас нет комментариев, господин Киреев?

— Это все сплошной бред и полная чушь, — с презрительной усмешкой ответил Киреев, чувствуя, как неприятно похолодела спина. — Могу поспорить, что у вас нет ни единого доказательства. А за ошибки юности Игнат давно отбыл наказание и чист перед законом. И не сбежал он от правосудия, а уехал в свой законный отпуск. Я его отпустил.

— Звучит красиво, конечно, но каждое ваше слово, к сожалению, неправда. Тем более что бандитизм и рэкет никак нельзя назвать ошибками юности. Но вы хотите доказательств? Они в уголовных делах Русиева. Захотите познакомиться, вам их обязательно покажут. Идем дальше. Приехавшие вслед за сбежавшим на машине вот этой марки, темного цвета «Лады» девятой модели, якобы сотрудники дорожнопатрульной службы, кстати, на точно такой же машине, на самом деле таковыми не были, и появились они не по вызову свидетеля, как утверждали, а по собственной инициативе и с единственной целью — удостовериться в смерти женщины и уничтожении оставшихся улик. Ими, кстати, были увезены с собой рассыпавшиеся апельсины и обрезок трубы. На их машине был установлен синий маячок, но никаких иных опознавательных знаков патрульной милиции не имелось. Между прочим, вчера во время обыска «мигалку» мы обнаружили в багажнике этой машины. Но главное в другом: свидетель преступления хорошо запомнил этих оборотней из милиции и уже уверенно опознал их. Это были сотрудники отдела вневедомственной охраны Лютиков и Старостенко, осуществлявшие свою службу здесь, возле шлагбаума перед виллой господина Киреева.