— А кровь на усадьбе, а выстрелы, а пули, наконец?

— Ну, так экспертиза ведь не может утверждать с уверенностью, что следы крови принадлежали пропавшим людям? Или что пули были выпущены именно в них? Другое дело — происхождение этих улик. Вот пусть охрана и держит ответ. Вы их, кстати, взяли, вот и колите на здоровье.

— Взяли, да не всех, — поморщился Грязнов. — Ну, пусть баллистики индень… идень… тифицируют, — справился наконец с трудным словом нетрезвый Грязнов, — пули и стволы, из которых они были выпущены. А в кого — это действительно вопрос!

— Ну а я о чем? — тактично поддакнул Шилов. — Наверняка скажут, что тренировались, либо Киреев возьмет на себя ответственность. Скажет, что это палили в бога и черта его гости, как и проходило по одной из версий, верно? А те подтвердят.

Оказывается, генерал был в курсе тех рассуждений, которые москвичи вели между собой, а ведь ему специально никто не докладывал.

— А убийства мужа и жены Трегубовых? Они-то кому были выгодны? — неожиданно, но полностью в соответствии с пьяной логикой сменил тему Грязнов.

— Да кому угодно! И ты прекрасно знал Толю, а уж я тем более. Честный, порядочный человек. Но нашелся негодяй, гнида, который, видимо, решил отомстить. За что, спросишь? А поводов в нашем деле, сам знаешь, всегда найдется немало. Да на каждого из нас наверняка вагон и маленькая тележка.

— Значит, ты считаешь, причина в прошлой или настоящей служебной деятельности? Тогда супругу зачем?

— Она могла знать предполагаемого убийцу.

— Значит, версия об ограблении у тебя тоже не проходит?

— Да какое там ограбление?! Чего у Лили брать-то?

— А если мы вычислили убийцу?

— Это ты Игната, что ли, имеешь в виду? — напрямую спросил Шилов, видно, и здесь был уже в курсе, но когда же успели донести ему?

— Ну-у… — Грязнов сделал вид, что медлит. — Возможно, и его.

— А что, вполне проходит и такая версия… Игнат не раз сидел. И садился главным образом в те времена, когда Толя осуществлял в крае милицейскую власть. Так что лиуно я бы не исключал, нет… Но я почти уверен, что сам Киреев к этому делу отношения не имеет.

— Почти, говоришь?

— Ну, не я же веду расследование. Вам виднее. Не хотелось бы просто, чтобы честного, в общем, человека со всякой грязью мешали. Видное лицо в городе, а славы такая молва не принесет. И пользы делу — тоже.

— Это кому не хотелось бы? — хитро ухмыльнулся Грязнов. — Ему или тебе?

— При чем тут я или он? Наш губернатор эту мысль буквально на каждом совещании высказывает… И его тоже понять можно. Срок кончается, что впереди — неизвестно. Как посмотрит на это дело президент — примерно представить можно, раз такую силу в край направил. Да чего я тебе объясняю?

— А тут у вас, я слышал, этот Семен Киреев был якобы соперником Шестерева на прошлых выборах, он-то как?

— Он не соперником был, я уверен, а просто удобной кандидатурой, чтоб формальность соблюсти.

— Вон как, гляди ты…

— Так они ж все — рука об руку, — похоже, разоткровенничался Шилов.