Прюденс стояла как громом пораженная.

— Так вы были помолвлены с отцом Эйнджелстоуна?! Друцилла сердито поджала губы:

— Мы никогда не были помолвлены. До этого дело не дошло. Как я уже сказала, ходили разговоры о свадьбе, и только. Обе наши семьи считали, что это был бы отличный союз, но, повторяю, Джонатан Флитвуд просто наплевал на мнение семьи. Он вбил себе в голову, что любит эту актриску. Он хотел ее получить, и все тут!

— Но он и в самом деле любил ее!

— Что за вздор! — негодующе воскликнула Друцилла. — Люди его круга не женятся по любви. Если ему понравилась обычная девчонка, это еще не повод для того, чтобы убегать с ней. Он мог бы соблюсти приличия и выполнить свой долг перед семьей, а любовницу держать на стороне. Никто тогда и слова бы не сказал.

— Даже вы? Друцилла вздрогнула:

— А вот это не ваше дело.

— Может быть, и нет, — согласилась Прюденс. Она начала видеть непримиримую вражду семьи Флитвудов в новом свете. — Но тем не менее я не позволю вам оскорблять родителей моего мужа только потому, что его отец решил жениться на его матери.

— Она была актриской, — яростно прошептала Друцилла, сделав ударение на последнем слове. — Он мог бы жениться на мне, а предпочел профессиональную куртизанку. Это было невыносимо. Он, вероятно, сделал это назло своей семье.

— Вы слишком далеко зашли, миссис Флитвуд. И если не придержите язык, я буду вынуждена просить вас удалиться.

Друцилла не успела ничего ответить — дверь библиотеки резко распахнулась.

Прюденс чуть не выронила из рук чашку. Она мгновенно обернулась и увидела Себастиана. Он ворвался в комнату, клокоча от едва сдерживаемого негодования. В эту минуту его вполне можно было принять за Люцифера после грехопадения.

— Черт побери, что здесь происходит?! — раздался убийственно резкий голос.

Прюденс, вскочив, изобразила на лице улыбку:

— Ваша тетушка была так добра, что зашла к нам с визитом.

Взгляд, которым Себастиан одарил Прюденс, был холоден как лед.

— Вот как? Какое счастье, что я рано вернулся домой. — Он кивнул Друцилле:

— Добрый день, мадам. Вам бы следовало сообщить запиской о том, что вы собираетесь нанести нам визит. — Улыбка его была под стать глазам, такая же холодная. — А то я мог бы вас и не застать.

— Я хотела побеседовать с вашей женой, Эйнджелстоун, — сказала Друцилла. — У меня не было особого желания встречаться с вами.

— Вы меня обижаете. — Себастиан подошел к столу, где стоял хрустальный графин с кларетом. — Вы полагали, что Денси легче унизить, когда меня нет рядом?

Прюденс возвела глаза к потолку и взмолилась, чтобы Всевышний даровал ей терпение.

— Эйнджелстоун, нет никакой необходимости грубить. Миссис Флитвуд обеспокоена затруднительным положением, в которое попал Джереми.

— Ага! Значит, он побежал прямиком к своей мамочке? Мне как раз не терпелось узнать, сделает ли он это. — Себастиан отхлебнул из бокала и улыбнулся своей знаменитой улыбкой Падшего Ангела. — Очень тронут этим явным доказательством мужской зрелости. В чем дело, тетушка? Боитесь того, что Джереми арестуют за убийство и вас перестанут принимать в лучших гостиных?

— Эйнджелстоун… — предостерегающе начала Прюденс, но Друцилла, которая смотрела на Себастиана такими глазами, будто он сам дьявол из преисподней, прервала ее.

— Не воображайте, что вы сможете развлекаться своими дьявольскими шутками с моим сыном, — заявила она. — Не знаю, чего вы добиваетесь, пугая Джереми тем, что его в любой момент могут арестовать, но я настаиваю, чтобы вы немедленно прекратили преследование.