– Дело в том, – продолжил он, – что у меня есть деловое предложение, которое, думаю, подойдет и вам.

Она удивленно посмотрела на него: сначала она почему-то решила, что он станет говорить с ней о Коуле; ей и в голову не приходило, что речь пойдет об аптечном магазине.

– У меня есть друг… который попросил довести до вашего сведения, что хотел бы купить вашу аптеку… по довольно высокой цене. Гораздо дороже, чем она стоит на самом деле.

– Купить аптеку? Но я не собираюсь ее продавать.

– Я… мы – понимаем… Мой покупатель полагает, что Тумстоун будет разрастаться, и аптека тоже потребуется большая. Он хочет вложить деньги в это дело и надеется, что вы ему не отказали.

Аманда взглянула на этого коротышку-щеголя.

– Почему он не пришел ко мне? Не предложил партнерство? Откуда взялась эта мысль, что я обязательно продам аптеку?

Мак-Кейтон сложил вместе пальцы, прикрыв ими рот, и усмехнулся, глядя на нее.

– Он решил, что так будет этичнее, если я скажу о его предложении. Его не интересует партнерство. Он купит вашу маленькую аптеку и значительно расширит ее. Там будут не только лекарства. Это будет, своего рода, вызовом судьбе, достаточно приятным для него.

– Знаете, мистер Мак-Кейтон, можете сказать своему покупателю, что меня не интересуют деньги. Мой дядя оставил аптеку моему отцу, следовательно, и мне. Я тоже считаю это вызовом судьбе и тоже получаю от этого удовлетворение. А что до расширения… я сама собираюсь осуществить это со временем.

Улыбка на лице Мак-Кейтона растаяла.

– Но, мисс Лэсситер, всегда возникают проблемы, когда женщина берется за мужское деле. Вы имеете некоторый успех с тех пор, как приехали в Тумстоун, но, как долго сможете продержаться, если у вас появится соперник и откроет еще одну аптеку, гораздо большую и лучшую. А для расширения вам понадобятся банковские кредиты. Банк, возможно, будет не заинтересован в субсидиях двух аптек.

– Вы меня пугаете?

– Конечно же, нет. Я никогда никого не пугаю.

– А как еще это можно назвать? Я должна продать аптеку, или мне не дадут работать.

– В самом деле, мисс Лэсситер, вы меня очень задели.

Аманда уловила иронию в его голосе. Мак-Кейтон, несмотря на всю свою обходительность, был крепким орешком. Это читалось в его глазах, в самодовольной улыбке на тонких губах, в каждом его жесте. Аманда взяла сумочку и поднялась.

– Думаю, мне нечего вам больше сказать, мистер Мак-Кейтон. Пожалуйста, передайте вашему покупателю, что я не буду продавать аптеку ни за какую цену, ни при каких условиях. – Она посмотрела на него сверху вниз. – Вы правы, мне, возможно придется когда-нибудь обратиться в другой банк за кредитом, и вы, с вашим влиянием в городе, можете мне помешать. Но я все-таки надеюсь, что смогу работать в аптеке, доставшейся мне по наследству. Думаю, чувство справедливости в вас возьмет верх над чувством мести. До свидания, мистер Мак-Кейтон.

Аманда подошла к двери и немного подождала, пока он встанет и откроет перед ней дверь, но банкир не собирался двигаться с места. Она сама повернула ручку двери.

– До свидания, мисс Лэсситер, – услышала она невнятное бормотание. Любезной улыбки на его лице не было и в помине.

Она помедлила, стараясь взять себя в руки, прежде чем выйти на улицу, чувствуя на себе взгляды банковских служащих. Одного из них Аманда узнала: это был прихожанин церкви Святого Ансельма, он быстро кивнул ей. Она была уже у двери, когда в банк буквально влетел маленький, толстый, хорошо одетый джентльмен, чуть не сбив ее с ног.