— Прошу вас, садитесь, Сесилия. — Предложение герцогини по обыкновению прозвучало как приказ. — Расскажите, чем вы занимались, пока вас не было с нами.

Она подала знак лакею, и тот через несколько секунд вернулся в зал с изящной фарфоровой чашкой кофе и подносом с тарелкой миниатюрных пирожных и ломтиками изысканного венского бисквитного пирога. Он поставил все это на столик рядом с виконтессой, которая устроилась в мягком кресле.

— Это была настоящая пытка, — говорила тем временем леди Кайнц, растягивая губы в чувственной улыбке и приступая к рассказу о днях, которые она провела в деревне у постели внезапно захворавшего супруга. — Уж не знаю, что я буду делать, если мой добрый бедный Уолтер скончается, — произнесла она. — Я не представляю себе жизни без него.

Даже герцогиня восприняла эти слова с недоверием, хотя и была склонна прощать Сесилии почти все ее слабости. Что же до Элиссы, то ей казалось, что леди Кайнц отлично обойдется без своего мужа, как обходилась до сих пор. Несомненно, Адриан подтвердил бы это.

Адриан… Подумав об Адриане с Сесилией, Элисса почувствовала жестокий укол ревности. Было совсем нетрудно представить их вместе: Адриан — такой красивый, могучий, обаятельный, Сесилия — ослепительная, чувственная, волнующая.

Было совершенно ясно, что могло привлечь их друг в друге, однако это не укладывалось у Элиссы в голове. Она не могла вообразить себе Адриана, который смотрит на виконтессу так же, как смотрел на нее, не могла представить горящего взора его зеленых глаз, его улыбки, заставляющей таять ее сердце. Элисса не могла заставить себя поверить, что Адриан способен любить Сесилию.

Но она понимала, что обманывает себя. Адриан был здоровым, энергичным мужчиной из тех, что готовы удовлетворять свои желания с любой женщиной. Сейчас такой женщиной была она, Элисса. Во всяком случае, была до сих пор. Вспомнив о том, с каким упорством Адриан избегал ее в последнее время, она почувствовала, как у нее сжимается сердце. Что, если она больше не вызывает у него желания? Может, Адриан испытывает к ней неприязнь после того, Как застал ее со Стей-глером? А может, она ему попросту надоела?

Она продолжала терзаться сомнениями даже тогда, когда виконтесса, закончив свой рассказ на юмористической ноте, извинилась перед присутствующими и подошла к камину, подле которого стояла Элисса.

— Леди фон Ланген, я искренне удивлена тем, что вы до сих пор не покинули Вену.

Элисса вскинула глаза:

— Вот как? Отчего же?

— Я полагала, что теперь, когда война так близка, вы поспешите вернуться домой.

— Австрия и есть мой дом. Здесь родина моего мужа… а значит, и моя.

— И вы не боитесь?

— Я верю, что армия нас защитит. К тому же у меня здесь дело.

— Ах, дело?.. Вероятно, речь идет о полковнике Кингсленде.

Рука Элиссы дрогнула, и кофейная чашка звякнула о блюдце.

— С полковником Кингслендом меня связывают чисто дружеские отношения.

— Дружеские… да, именно так он выразился при нашей последней встрече. Итак, вы с ним просто друзья.

Элиссу охватило беспокойство, в груди возникло тягостное напряжение.

— Ваша последняя… встреча? Где это было?

— Если не ошибаюсь, полковник остановился в Бадене, но у него были дела здесь, в Вене. Во дворце Бельведер давали обед, и полковник оказал любезность… сопроводить меня домой.

Слова Сесилии поразили Элиссу будто удар грома. Она вспомнила поездки Адриана из Бадена в Вену, и теперь намеки леди Кайнц казались ей совершенно ясными.

— Разумеется, с тех пор мы неоднократно встречались, — продолжала виконтесса.