— Эй, техасец, — протянул светловолосый, когда Ник уже почти миновал его, — не тебя ли я видел вчера на базаре?

— Может быть.

Ник остановился, чуть прищурив глаза. Ему не понравился ни этот человек, ни его мрачный, плотный приятель, который преградил Кинкейду путь и вступил в разговор.

— Да, ты там был. Я видел тебя с мексиканской красоткой. У нее были черные глаза и волосы… Она тебя недурно обслужила, когда ты вернулся домой?

— Да, — первый человек усмехнулся, — мы видели тебя с ней. Мне не попадались в этих краях более грудастые девки. Черт. Все эти мексиканцы для меня на одно лицо, от них разит перцем. Но эта крошка пахнет заманчиво, а? Да и выглядит не такой потрепанной, как те шлюхи, которых мы встречали здесь.

Ник невозмутимо слушал их, стоя в раскованной позе. Этот человек казался жестоким, напряженным и выжидающим, на поясе у него висели револьвер и нож в чехле. Грубо восхищаясь Гизеллой, он преследовал какую-то цель. Мужчина пристально смотрел на Ника, явно ожидая схватки.

Ник пожал плечами:

— Она не puta. Это моя подруга.

— Да? Она весьма по-дружески висла на тебе.

— Дам тебе совет — шагай своей дорогой. Я устал от болтовни.

— Откуда такая враждебность? — лениво протянул долговязый. — Мы такие же американцы, как и ты.

Ник шагнул в сторону и чуть повернулся, отодвинув край своей куртки, под которой висел «кольт». Этот понятный всем жест был предупреждением. В почти прикрытых полями шляпы глазах долговязого что-то мелькнуло, и Ник тотчас вспомнил, где он его видел.

— Пару лет назад мы с тобой столкнулись в Пало-Альто; ты был часовым, капрал.

— Пикеринг. Теперь просто Кья Пикеринг. — Слегка подавшись вперед, он выплюнул жевательный табак на землю возле ноги Ника, потом вытер рот рукавом и посмотрел на рейнджера с ухмылкой. — Я ушел из армии. Это мой приятель, Уэйд Такетт. Да, ты меня знаешь. И я тебя тоже. Ты — Кинкейд… извини, лейтенант Кинкейд. По-прежнему служишь у Хейса?

— Зачем тебе это знать?

— Я думал, что рейнджеры вернулись в Техас. Во всяком случае, большинство.

— Тебя явно интересует моя деятельность, Пикеринг.

Светлые глаза, смотревшие на Ника, угрожающе сверкнули, и рейнджер понял, что Пикеринг из тех, кто не прощает обиду. Воспоминания о давней стычке по-прежнему терзали бывшего капрала, однако он лишь небрежно пожал плечами.

— Да как же мне не интересоваться человеком, который однажды приставил нож к моему горлу?

Произнося эти слова, Пикеринг шагнул в сторону, Такетт тоже сдвинулся с места. Ник переместился, чтобы не выпускать из виду обоих.

— Я слышал, вы, техасцы, крутые ребята, — с усмешкой произнес Такетт. — В том смысле, что не берете пленных. Что ж, я из Джорджии. Мы тоже крутые.

— Пока что я не увидел ничего впечатляющего, — медленно протянул Ник, обведя Такетта презрительным взглядом.

Ухмылка исчезла с лица Такетта, он напрягся, сделал свирепое лицо и уронил руку к рукоятке револьвера, висевшего на поясе.

— Я и не стараюсь произвести на тебя впечатление, Кинкейд, — прорычал он.

Из таверны вышел Джил Гарсиа, который не служил в отряде рейнджеров, но выполнял разведывательные задания Тейлора и часто сопровождал Ника; он остановился на улице и оценил ситуацию. Техасец в третьем поколении, Гарсиа не раз оказывался весьма полезным человеком, всегда сохранявшим хладнокровие и невозмутимость. Он усмехнулся, небрежно пожал плечами, однако его черные глаза смотрели на мужчин пристально, настороженно.