Тори испытала странное чувство, представив себя одиноким, непокорным ребенком. У нее был брат Диего, но он жил в совсем другом мире, ему разрешали заниматься многими вещами, предоставляли гораздо больше свободы. Он ходил на занятия к пожилому испанцу, который обучал мальчиков из обеспеченных семей, предавался таким мужским развлечениям, как верховая езда и фехтование. Даже в детстве он уходил из дома когда хотел. Мир Тори состоял из уроков рукоделия, которые она ненавидела, музыки, светских танцев и лекций о том, как подобает вести себя молодым леди.

Все изменилось, когда она уехала в Бостон. Для Тори началась другая жизнь. Тетя Кэтрин была убеждена в том, что юные умы следует развивать. Оказавшись со своими энергичными кузинами, Тори обрела свободу, которую никогда бы не получила в Калифорнии. Со временем она научилась сдерживать свою импульсивную натуру. Однако иногда Тори охватывало желание сделать что-то необычное. Возможно, Росита раскованно танцует сейчас в саду, ее юбка взлетает выше колен, а волосы развеваются, точно черная мантия…

Тори охватило волнение, прилив энергии прогнал усталость. Доносившаяся музыка манила девушку, точно чарующее пение сирены, и Тори поддалась соблазну.

Не позаботившись о подобающем нижнем белье, она надела старую хлопчатобумажную юбку, которую нашла в высоком массивном шкафу, легкую крестьянскую блузку, мягкие черные туфли. Оставив волосы распущенными, накинула на плечи висевшую на вешалке длинную кружевную накидку и выскользнула в патио. Сейчас Тори ощущала себя свободолюбивой бунтаркой.

Кое-где лунный свет не мог пробиться через шатер из ветвей, и некогда знакомые тропинки сада тонули во мраке. Густой аромат цветов дразнил девушку, музыка влекла вперед по гравийной дорожке. Кое-где среди гравия лежали булыжники, и Тори споткнулась, задев один из них ногой. Острая боль в пальце заставила девушку вскрикнуть.

Она наклонилась и сняла туфлю, чтобы потереть ноющую ногу. Опустила колено на еще не успевший остыть камень.

— Что ты тут делаешь, nina.

Тори вскинула голову и увидела перед собой силуэт мужчины. Крупная темная фигура почти сливалась с черными кружевами кустарника. Испуганная его неожиданным появлением, девушка потеряла дар речи и уставилась на незнакомца, моргая в темноте.

— Мне нравятся молчаливые женщины, — тихо протянул он. — Ты немного опоздала, но это не страшно.

Нахмурившись, Тори поняла, что он принял ее за другую, но, прежде чем она успела сообщить мужчине о его ошибке, он протянул руки и поднял девушку с земли, крепко сжал теплыми пальцами ее запястья.

Лунный свет едва пробивался сквозь плотный шатер из листьев, но все же тонкий луч выхватил из тьмы дерзко разлетающиеся брови и блестящие янтарно-золотистые глаза. Человек бесстыдно и неторопливо обвел Тори оценивающим взглядом и внезапно улыбнулся, сверкнув белыми зубами.

— Он не соврал — ты прекрасна, как Венера. Может быть, эта сделка принесет неожиданные дивиденды.

По-прежнему крепко держа Тори за запястья, он бесцеремонно потянул ее вперед, не дав шанса запротестовать или объяснить явное недоразумение, и поцеловал. Тори возмущенно ахнула, и он тотчас воспользовался этим, всунув свой язык ей в рот.

Она отпрянула назад, и он отпустил ее на некоторое расстояние, задержав рукой.