убедиться, что Лёнька не сторожит Аделаиду где-нибудь в подворотне, скрываясь от

подручных ее бандюга. Или что не назначена у них встреча в каком-нибудь

маленьком кафе.

Преследовать пришлось сначала пешком, а потом сидя в скрипучем автобусе,

натянув по самые уши кепку-германку и спрятав лицо за желтыми стеклами

водительских очков. Автобус довез их до окраинных улочек с палисадниками перед

покосившимися домиками и с резными ставнями на окнах.

«Неужто вот так, по-простому, и живет наша служительница муз?», – подумала

с вялым сарказмом Бурова.

Антонина однако прошагала по утоптанной тропке, заменяющей здесь тротуар,

вдоль неровной шеренги кривеньких изб и свернула в тупичок, закупоренный на

другом конце свежеотстроенным, силикатного кирпича, забором с металлическими

воротами и тяжелой, как дверь банковского сейфа, калиткой. Поверх забора

выглядывал суровый особняк под черепичной готической крышей. Лепехина

повозилась с замками и исчезла в бетонной глубине двора.

Валерия презрительно скривилась. Иметь такие хоромы и перемещаться по

городу на раздолбанном автобусе?

Хотя это ее не касается. Что ей самой-то теперь делать? Понятно что. Идти на

остановку и ждать раздолбанный автобус, возвращаться к брошенному впопыхах

Михе. Леонида она не нашла, и следов его тоже, но отрицательный результат ее

устраивал больше, хотя ничего не доказывал.

И Лера побрела на остановку. Стоя в обществе двух женщин зрелых лет и

одного пацана, она ни о чем не думала, лишь чувствовала усталость и невнятный

стыд, хотя ей стыдиться, по большому счету, было нечего. Если только того, что

поддалась порыву, кинувшись в чужом городе разыскивать мужа, и повелась на

ревность, но тут больше уместна досада.

Когда из-за поворота выполз транспорт, к их компании присоединилась

Антонина. Если бы не тетки, Лера ее ни за что не признала бы. Актриса сменила

прикид, и теперь вместо воланов и оборок синтетического шифона на ней были

вполне демократичные джинсики и туника, а козырек бейсболки и кислотно-розовая

помада здорово меняли ее лицо. Но одна из теток с ней поздоровалась, окликнув по

имени, а вторая слащавым голосом ненатурально поразилась, как это Тонечка

смогла сохранить фигуру подростка в свои за сорок.

Турчинская в ответ пробормотала что-то неразборчивое и полезла на подножку

подошедшего автобуса. Лера, спрятавшись за спинами теток, вошла следом, решив

продолжить слежку. Раз уж так все сложилось.

Она довела Лепехину до вокзала, она стояла у билетной стойки, когда та

покупала билет в Москву. Она проводила Лепехину к электричке и видела, как

Антонина вошла в вагон и уселась у окна, надвинув кепку почти на глаза и уложив на

колени сумочку «под питона».

Поезд тронулся, а Лера отправилась в блинную заедать неудачу и привести

мысли в порядок. Мысли и чувства.

Валерия не нашла в этом городе Лёньку, но плохо это или хорошо? Скорее,

хорошо. Однако ведь куда-то же он делся? Воропаев не из тех, кто не приходит

ночевать по причине приступа блудливости, замаскировав его под встречу с

пацанами или подтянув предлог сурово обидеться на жену.

Тревога, которой Лера затыкала рот все то время, пока гонялась за фантомами

собственного производства, освободилась от кляпа и заорала на нее в полный голос.

Ты что, отупела?! Ты так и не поняла, что означает история, которую слила тебе

тетка-контролерша? Лёнька в беде!

Он ринулся выручать эту мерзавку, и сам попал под раздачу. А мерзавки,

кстати, что-то давно не было видно.