«покупать лошадей конюшнями», иными словами – в запас блоками, стараясь все же

курить пореже. Кончатся сигареты, тогда иди, покупай. Кончатся поздно вечером –

жди до утра, здоровее будешь. Иногда получалось.

Значит, никакой другой пачки быть у Леры не может. Потому что Лёнька не был

заядлым курильщиком и свои сигареты в дом не приносил, а держал в бардачке

«тойоты». Иногда с мужиками выкурит за компанию, для поддержания атмосферы

дружбы и доверия, и все.

Выходит, сегодня утром Лера прихватила сигареты с кухонного стола. Те

самые. Могла. На автопилоте. Она была в таком состоянии, что сейчас не вспомнит,

как Миху выводила из гаража.

Допустим. И что это значит?

– Кость, а я вчера курила? – задала она идиотский вопрос.

– А ты думаешь, почему у меня сегодня нет сигарет? – язвительно хмыкнув,

вопросил Костик.

– А… Понятно…

Она вспомнила вчерашний нудный день здесь, на даче. Как бродила между

грядками, избегая смотреть в сторону Лёнькиного пруда. Как, тоскуя, зашла в гости к

тете Любе и та угостила ее печеньем, а Костик щедро поделился куревом. Как

вечером, вернувшись в Москву и обнаружив квартиру пустой, уже не могла видеть

сигареты, накурившись за день до «котлеты» во рту. Вечер и ночь коротала, меряя

пространство жилища шагами, а точнее – металась из угла в угол, не в состоянии

надолго отвлечься на Интернет и ТиВи. Хорошо, что удержалась от спиртного.

– Знаешь, мне тоже понятно, – протянул сосед многозначительно-ехидным

тоном.

– Чего тебе-то понятно?! – вдруг взвилась Валерия. – Мне не понятно, а ему

понятно!

– Да ладно тебе, не горячись. Ничего такого, подумаешь – провалы в памяти. С

пожилыми такое случается.

– Да при чем тут какие-то провалы?! – рявкнула на соседа Лера. – Откуда

здесь колючки, можешь сказать?

– А я знаю? Это ж твои сигареты.

Валерия молчала, а до Костяна начало кое-что доходить.

– Так ты чего, Лер, думаешь, это из-за колючек меня вывернуло? Тогда почему

тебя не вывернуло?

– Я всего одну затяжку сделала, – мрачно проговорила Лера. – Меня тоже

затошнило.

– После одной затошнило?! Ну, прикол… А я пару раз успел затянуться.

Хренасе, а штука-то забористая!

Тут Костик хлопнул себя по коленке и весело провозгласил:

– Я допер! Лер, это тебя муж отучает от курева, точняк. Небось какие-нибудь

бабушки-старушки подсказали. Травницы-знахарки. Или в Интернете надыбал

рецептик. Прикинь, сидит такой Лёня, кактус бреет и сигареты колючками шпигует. И

матерится! Прикинь, сколько он себе заноз впаял!.. Он в последнее время тебе

предъявы не делал? Типа, от женщины должно пахнуть не пепельницей, а молоком?

Не бухтел, что здоровье губишь?

При упоминании о молоке Леру передернуло.

– Предъяв не делал и о здоровье не бухтел, – проскрипела она.

А сама подумала, что, в принципе, на Лёньку это похоже. Если он чего в голову

себе вобьет… Бутерброды ведь он заставил ее с собой брать на работу, хоть она и

на дыбы становилась. Однако, ничего, и берет, и кушает. Он приготовит, а она кушает.

А теперь… Придется, видно, готовить самой.

Костька собрался восвояси, сообщив, что их семейные разборки его не

прикалывают. Сказал, что лучше сходит к Владу и у него стрельнет парочку-тройку.

Или к Александру Михайловичу, хотя тот вообще какой-то отстой курит, наподобие

«Примы».