с языка сорвалось! Ты себя выдала, дорогуша, так что не надо мне мозги конопатить.

– Я к вам за поддержкой, а вы… – Лера, кажется, захлюпала на той стороне

трубки.

– Цыц! Тихо! Не нюниться! – строго прикрикнула на нее Лапина, лихорадочно

соображая, чем может помочь. Срочно помочь, прямо сейчас. И не находила.

Серега Кутузов. Ну, ты помнишь, по той истории… Если потребуется, я его для тебя

напрягу. Усекла, подруга?

Подруга то ли хмыкнула саркастически, то ли носом шмыгнула.

– А сама не лезь во все это, – продолжила уверенным тоном наставлять ее

Лапина. – Ты мне поверь, Валерия, не твоя это стезя. Вспоминай факты, а если что

припомнишь, то сразу следователю доложишь. Он тебе свои координаты оставил?

Ну, вот. Позвонишь и доложишь. И не путайся у органов под ногами. Я попробую

выкроить время и к тебе подскачу, все обсудим. Лады? Все будет нормально, вот

увидишь.

Но сама Лапина не была в этом так уж уверена. Сердце ныло за эту

прямодушную до грубости и надежную до безрассудства Бурову Леру, дорогую

Бурову Леру, попавшую в передрягу. Если Леркин мужик и вправду так подло и зло с

ней поступил – бросил, как надоевшую вещь, и ушел к другой, напоследок подкинув к

порогу свеженький труп, то Надежда готова отыскать сволочь только для того, чтобы

с размаху влепить звонкую пощечину, а лучше бы вмазать ему кулаком под дых, как

учил муж Иван. А еще лучше завалить кабана на землю, чтобы он грохнулся как

следует задницей и затылком, и хорошенько отметелить ногами, обутыми в

армейские берцы.

Но Надин босс, как назло, отбыл вчера в Минск по приглашению

наклюнувшихся партнеров, оставив ее на хозяйстве, и у нее решительно нет

возможности отлучиться с работы даже на час. И после работы поехать к Буровой

она тоже не может. И без того Иван ворчит, что жена допоздна задерживается на

службе, а если Надя, как последняя дура, решит его просветить, по какой такой

насущной необходимости ей нужно наведаться к Лере, то взбучки ей не миновать. Он

сразу вычислит, что жена вновь нацелилась влезть в чужие разборки, а этого больше

допускать он был не намерен.

В свое время Надежда заставила его здорово поволноваться, когда

распутывала дело «безумных старух» и едва не погибла сама. Выследив преступника

и убийцу, она тогда чудом избежала смерти, поэтому свои страхи Иван Лапин

запомнил надолго.

Огорчать мужа и ссориться с ним Надя не хотела. Ее теперешняя семейная

жизнь дорогого стоила, поэтому деятельное участие в Леркиных делах ей придется

отложить. Тем более, как уговаривала себя Надежда, ничего они с Буровой толком

предпринять не смогут, а могут только ждать, когда за них все сделают

профессионалы.

Она решила, что, как только Мещеренко, загоревший и с подписанными

контрактами, явится в агентство, Надя сразу же Валерию навестит, чтобы ободрить и

получше вникнуть в ситуацию. А вникнув, Надежда сообразит, что можно конкретно

для подруги сделать.

Лера тоже не верила, что все будет нормально, тем более, скоро. После всего,

что сегодня ей пришлось пережить, она, даже призвав на помощь все свое

воображение, не могла представить, что такого удивительного и хорошего должно

произойти, чтобы вернуть ее жизнь в привычное русло.

Такое умонастроение ей категорически не нравилось. Она, конечно, была

скептиком, но ведь не махровым же меланхоликом и не пессимистом!.. Посему

теперешнее состояние души определила для себя как недостойную слабость и

попыталась встряхнуться и перенастроиться, внедряя в голову нужные мысли,

трезвые и скептичные.