Н-да.

Каледин выше меня на голову и тяжелее килограммов на двадцать… Но ладно уж. У моего шестнадцатилетнего тела тоже есть свои преимущества. И бокс для меня — всё же куда предпочтительнее фехтования.

Я успел надеть перчатки и стиснуть зубами накладку раньше, чем то же самое сделал Каледин. А площадка за это время успела превратиться в ринг.

Появились канаты, покрытие на полу и даже рефери. Который незамедлительно скомандовал:

— Бокс!

Я ринулся в бой. Размахом рук, весом и силой Каледин меня, конечно, уделывал. Но я успел заметить одну деталь — уходя от моего удара, он чуть припал на ногу. Видимо, падение на поле не прошло бесследно. А использовать магию на этой Игре запрещено — любую, в том числе целительскую. Если дело дойдёт до того, что игроку потребуется медицинская помощь, по правилам он выбывает. Справедливо, в общем-то — если уж условия решили приравнять к усредненно боевым. В бою никто не будет спрашивать, как ты себя чувствуешь. И целитель не всегда будет находиться рядом с тобой.

Каледин, опытный игрок, с правилами был знаком хорошо. И отлично понимал, как важно не показать, что повредил ногу.

Поначалу мне даже показалось, что ему это не особо и мешает. Уже через минуту я вынужден был признать, что махать кулаками этот парень умеет здорово. Пожалуй, его можно было выпустить на ринг даже против профессионального боксера, сложно будет противопоставить хоть что-то этой безупречной технике… Но придется. Проигрывать я не намерен.

Некоторое время мне понадобилось на то, чтобы изучить любимые комбинации Каледина. Например, нечего было и думать о том, чтобы пытаться пробить его мощный торс. Зато оказалось, что у меня неплохо получается раз за разом доставать соперника ударами в голову.

Я бил обеими руками, вкладывая в удары всю силу, на которую было способно это тело. И получалось вполне неплохо — кто-то другой на месте Каледина уже или свалился бы, или ушёл в глухую защиту, чтобы продержаться до конца трёхминутного раунда.

Со временем я вынудил соперника пятиться к канату и пропускать выпад за выпадом. Мои удары летели со всех сторон, мне всё лучше удавалось нащупать брешь в обороне Каледина — которая в начале схватки казалась безупречной. Я был уже уверен в своей победе!

Когда навстречу моему лицу вдруг бросилось покрытие ринга.

Каледин тоже оказался не лыком шит. Я изучал его, а он в это время изучал меня. Отступая к канатам, выжидал нужный момент. И когда я слишком увлекся и провалился вперёд, накрыл обе моих перчатки левой рукой, придавил вниз, а правой пробил такой хук в челюсть, что я едва не отключился.

Едва.

Стараясь не обращать внимания на звон в ушах, я подпрыгнул и снова собрался в стойку. Каледин — сильный соперник. Но и я не собираюсь уступать.

В глазах Каледина мелькнуло удивление. И… уважение?

— А ты упорный, — обронил он. — Не ожидал такого от белого мага.

— Это одно из наших главных преимуществ, — отозвался я. — Никто не ждёт от белых магов ничего подобного, — и снова пошёл вперёд.

Каледин, закрывшись от моего удара, как-то странно улыбнулся.

— Да уж. Никто.

— Ты тоже — белый?! — дошло до меня.

— Как и ты.

Каледин резко уклонился, перенёс вес на больную ногу, и я заметил, как перекосилось его лицо.

— Может, прервёмся?

— Зачем?

— Ты повредил ногу. Тебе больно, я вижу.

— И что? — скривился Каледин. — Сдашь меня? Техническое поражение — что может быть проще и приятнее?

— Ты, кажется, путаешь меня со своими знакомыми, — буркнул я.