— Ха-ха, — хохотнул Табидзе и с презрением бросил: — Пока они будут жевать эту переговорную жвачку, мы свое дело сделаем.

— Хорошая дымовая завеса, — согласился Ливицки.

— И не только. Теперь инициатором мирного разрешения кризиса на Южном Кавказе выступает не Россия, а Грузия и ОБСЕ, — подчеркнул Перси.

— Совершенно верно, Марк! И не наша вина, что абхазы с осетинами ответят на эти предложения военными провокациями, а российские спецслужбы попытаются устранить президента Саакашвили, — с ухмылкой заметил Чикованишвили.

— И тогда у нас будут развязаны руки, чтобы восстановить порядок на оккупированных территориях. А потом в Москве пусть, сколько хотят, кричат об агрессии. Победителей не судят! — заявил Табидзе.

— Захлебнутся! Мы их утопим в информационном море! — заверил Перси.

— В таком случае, нам остается только выпить! — хлопнул в ладоши Чикованишвили и снова потянулся к бутылке с коньяком.

— Погоди, Константин, еще один вопрос. Организуй мне явку с Янусом, — остановил его Перси.

— Что, имеются сомнения в его надежности?

— Нет! Но на него слишком много поставлено, и в Лэнгли меня не поймут, если буду руководить операцией из кабинета.

— Ну, если только так, то вопросов нет, организуем. Где? Здесь или на месте?

— На месте, чтобы, как говориться дышать, с ним одним воздухом.

— Ха-ха. Воздухом? Смотри не задохнись. Там не Тбилиси.

— До конца недели успеешь?

— Да! — подтвердил Чикованишвили и потянулся к бутылке.

— Нет! Нет! Извини, Константин, у меня дела, — решительно отказался Перси.

— Ну, на нет, как говорится, суда нет, — с сожалением произнес он и поднялся из кресла. Табидзе, прихватив портфель, присоединился к нему.

Ливицки, проводив их до выхода, возвратился в гостиную и застал Перси с диском на руках. Тот замялся. Это не укрылось от него.

— Что, понравилась их работа, Марк? — с легкой иронией спросил он.

— Работа? Мерзость! — буркнул Перси и швырнул диск на журнальный столик.

— Я бы так не сказал. Наши князья не так уж плохи.

— В уме и нахальстве им не откажешь, еще бы меньше пили и болтали.

— Марк, ты слишком к ним строг. Парни без всяких комплексов.

— Строг? — на лице Перси появилась презрительная гримаса, и в голосе зазвучали жесткие нотки:

— Я бы не рекомендовал тебе обольщаться на их счет. Они любят нас до тех пор, пока мы в силе и платим деньги. Как только не станет того и другого, тут же отвернутся и кинутся в ноги к новому хозяину. За примерами далеко ходить не надо. Возьми тех же русских. Двадцать лет назад на них здесь молились. Шеварднадзе сделал открытие в астрономии: убеждал Кремль, что солнце для Грузии восходит не на востоке, а на севере. Лицедеи и хамелеоны!

— Не спорю, но в их компании иногда приятно расслабиться.

— Только не сегодня. Меня от них уже тошнит.

— Может развеемся на корте? — предложил Ливицки.

— А что, хорошая идея! — охотно согласился Перси.

— Куда поедем? На свой или в город?

— Только не на свой! Уже осточертело видеть одни и те же рожи. Давай к англичанам, к Тони, он классный парень и без двойного дна.

— Идет.

— Я только «за».

— Выдвигаемся через часок, когда спадет жара.

— Договорились.