— Ну, по губам… — Я растерялась. Как это можно объяснить бестолковым людям?

— Поправьте, если ошибаюсь. — Полковник переглянулся с майором. — Невдалеке стоит человек, что-то говорит, и вы по движениям губ безошибочно понимаете, о чем речь?

— Ну почему же, — пожала я плечами, — бывает, ошибаюсь. Зависит от того, далеко ли объект и внятно ли вещает.

— Удивительно, — хмыкнул полковник. — Не загибаете, Софья Андреевна?.. Олег Михайлович — не в службу, а в дружбу. Выйдите из гостиной. Что там у нас через проход? — Полковник вытянул шею. — Кухня? Пройдите к кухонному окну и что-нибудь негромко произнесите. А Софья Андреевна нас порадует.

Майор удалился, встал у кухонного подоконника. На зрение я не жаловалась. Вскоре он вернулся, сел на прежнее место.

— Не ожидала, что вы любитель Афанасия Фета, Олег Михайлович, — сказала я. — «Я пришел к тебе с приветом, рассказать, что солнце встало, что оно горячим светом…»

— Достаточно. — Анненский с усмешкой покосился на коллегу. Мина у последнего была красноречива, он все же смутился. — Браво, Софья Андреевна. Вы у нас, оказывается, уникум. Мысли читать не пробовали? Ну да ладно, продолжим. После окончания вуза вы устроились на упомянутую работу, где доросли до заместителя начальника отдела. В семьдесят четвертом году вышли замуж за сотрудника КГБ Алексея Романовича Уланова. В то время он был капитаном. Муж на несколько лет вас старше, сейчас ему 39. Через два года родилась дочь Юля, сейчас ей шесть.

— Почему вы перечисляете все эти биографи… — Я осеклась — полковник остановил меня раздраженным жестом.

— Отец вашего мужа был пенсионером всесоюзного значения, заслуженным работником органов госбезопасности. Он вышел в отставку двенадцать лет назад в возрасте шестидесяти пяти лет. Сын пошел по стопам отца, стремительно поднимался по карьерной лестнице, пользуясь безграничным доверием своих товарищей и руководства. В ноябре восемьдесят первого года подполковник Уланов возглавлял отдел «Д» в ПГУ, сотрудники которого курировали нашу нелегальную сеть в капиталистических странах. А также работали с завербованными агентами в тех же странах. Помимо этого Алексей Романович принимал участие в ряде секретных проектов на территории СССР и за границей…

— Минуточку, — перебила я. — Муж никогда не обсуждал со мной свои служебные дела. Ключевое здесь слово — «никогда». И это меньше всего меня заботило…

Полковнику не понравилось, что его перебили, но он стерпел.

— Третьего ноября прошлого года ваш супруг отправился по служебным делам в Восточный Берлин. И ничто, как говорится, не предвещало несчастья. Похоже, имелась договоренность с БНД. Он обвел вокруг пальца всех — и вас в том числе. В какой-то момент Алексей Романович внезапно пропал. Грешили на криминал, на местных женщин… извините. Никому и в голову не приходило, что такой человек может переметнуться к врагам. Мы искали крота — кто-то из ПГУ активно сдавал наши секреты. Но до последнего не думали, что это он. Видно, близко подобрались, и возникла угроза. Впоследствии узнали, что он уже больше двух лет сотрудничал с иностранной разведкой. Ваш супруг не вернулся. Информация пришла значительно позже. Немецкие товарищи выступили не лучшим образом. Плюс подготовка к празднованию 64-й годовщины Октябрьской революции — на что отвлекли значительные силы госбезопасности обеих стран. Сотрудники БНД с фальшивыми документами Штази отвезли перебежчика к границе с Западным Берлином. Далее воспользовались тоннелем, о существовании которого никто не знал. Из Западного Берлина его вывезли в ФРГ, оттуда — в Америку, где Алексей Романович сейчас и пребывает.