– Ну ты даешь! – восхитился Леха. – Чисто Демосфен! Как по писаному чешешь.

    – А что, – скромно заметил Никита, – и по писаному. Или я не писюк?

    – Звучит нехорошо, – поморщился Муромский. – Может, лучше письменник, а?

    – Лишь бы не язвенник, – согласился Никита. – Кстати, бойцы, давайте-ка учтем ряд случайностей, которые на нас сегодня навалились. Помните, при встрече прозвучала фраза о Мировом, с заглавной буквы, Зле? К чему бы оно, а? И потом эти как чертики из коробочки выскочившие гринписовцы. Гроза эта среди ясного неба. Военные маневры в отдельно взятом жилом массиве. Ну? Как после всего этого мы, трое временно безработных благородных джентльменов, можем сидеть, откушивать-закусывать и делать вид, что мы не вляпались в ситуацию, которую пора уже разруливать?

    – Комиссар, тебе бы в Генштабе работать, главным аналитиком. – Илья вскочил с места и заходил по комнате, время от времени отвешивая воображаемым соперникам беспощадные апперкоты. От знакомства с «Государыней Императрицей» грации в его движениях заметно поубавилось, зато размашистости прибыло. – Слышь, мужики, а ведь верно, что-то надо делать. В смысле всех делов не переделаешь, хотелось бы уже и поработать! Почему бы нам и не пошалить, не побезобразничать, так сказать? Лешка, давай для начала хоть с твоей конторой разберемся, что ли. Кто там у вас разбрасывается кадрами и разваливает производство?

    Попов в великой задумчивости двумя руками враз почесал затылок:

    – Ну я точно не знаю… В администрации много стоящих парней, но на них давят.

    – Из-за бугра небось? – заинтересовался Добрынин. – Агенты вражеских разведок?

    – Шутишь. Да наши. Эффективные, блин, манагеры. А сейчас таких через одного. Что ж мы, всех подряд мочить будем, что ли?

    Муромский с хищным весельем посмотрел на свои кулаки:

    – Уж мы яблочки мочили-мочили…

    – Погоди, Илюха, паровой молот разгонять, – сказал Никита. – Тут надо бережно. Хирургически либо технически. – В глазах Добрынина запрыгали чертенята. – Пьеса «Ревизор», смекаете? Классика, она штука вечная, парни. И реальная!

    – Это как? – заинтересовались друзья. – Конкретизируй, товарищ политрук.

    – Допустим, мы добываем себе ксивы скромных чиновников. Каких-нибудь непрезентабельных, но решабелъных ведомств. Типа санэпиднадзор, пожарные там, комитет по землевладению. Налоговая, если получится. Думаю, как пропуска в кабинеты они вполне сгодятся. А уж внутри кабинетов мы найдем о чем поговорить с хозяйчиками.

    – И как поговорить, – кивнул Муромский и снова обозначил серию коротких прямых по корпусу, завершившихся крюком в печень.

    Леха задумчиво постучал ногтем по граненому боку опустевшего стакана.

    – В принципе звучит соблазнительно. Только кто нам эти документы оформит? Фальшивки-то долго не продержатся. А настоящие достать тяжеловато.

    – Тяжело в учении, легко в очаге поражения, – заметил Никита.

    Илья кивком выразил согласие с военным и энергично потер ладони.