Я спросила наудачу:

— И впереди еще два?

— Как минимум! — с горечью усмехнулся Мегамозг.

Ага, значит, больше. Расслабляться не стоит. Так что же мне выбрать: жалкую жизнь рыбки в аквариуме, которую в любой момент сожрут; либо одну-единственную попытку изменить судьбу, пусть коротко, но прожить жизнь с гордо поднятой головой, в бою и рядом с любимым мужчиной?

Я посмотрела на Игла, в этот раз валуны рядом с ним почернели, ага, ясен перец, боится. Адис гладил свой валун, и тот радовался, сияя желтым теплым светом, делясь полученной энергией с сородичами, прямо настоящее солнышко. Вокруг нас с Тино-феем — настоящая радуга, множество цветов разбегалось полукругом. И смотрел он на меня напряженно, но так жадно, словно не мог насытиться напоследок.

Один раз живем, один раз умираем! Так смысл ждать чего-то? Я улыбнулась:

— Я люблю тебя! — Подавшись к своему мужчине, обняла его за шею и мы, забывшись, стукнулись шлемами. — Я с тобой, навсегда и всюду!

— Я умру за тебя! — глухо выдохнул Тино-фей, обнимая меня.

Вмешался Мегамозг, еще раз уточнил, только уже суховато, с грустинкой:

— Каково твое решение, Душа?

— Мы идем до конца, вместе!

«Прости меня, — прошелестело у меня в мыслях тихо и горько, — но я больше не смогу тебе помочь и ответить. Прощай!»

«И ты меня прости! Не поминай лихом», — мысленно печально попрощалась я.

Глава 15. Поход по лабиринту

Я ползла в тесной трубе воздуховода, стараясь не думать о клаустрофобии, лучше представлять себя заправской крысой, путешествующей по техническим шахтам улья. Порой настолько узким, что даже я с трудом протискивалась, иногда в панике задыхаясь, ощущая, что вот-вот застряну. Но упорно лезла и заворачивала под немыслимыми углами в следующий тоннель под руководством нашего невозмутимого худого навигатора Игла. Двигался наш маленький отряд так, чтобы самый крупный был позади, а то вдруг застрянет намертво. Поэтому, стоило кому-то застопориться, меня кидало в дрожь.

Еще память нет-нет да подкидывала очень «вовремя» кадры из фильмов ужасов: вот нападет какой-нибудь монстр за очередным поворотом или на другом уровне этого чудовищного лабиринта. Но мы ползли, иногда и плыли в неизвестных жидкостях, ведомые Иглом. Одно успокаивало: не встречались даже роботы Мегамозга. Он, кажется, полностью отключился от меня. Такая пустота в душе образовалась, а в голове — давящая, мрачная тишина. Откуда этот горький осадок внутри, будто я его предала? И угрызения совести? Ведь я спасаю нас?! Противоречивые чувства грызли мозг и терзали душу.

Чем дальше мы продвигались, тем чаще мне приходили совершенно дурацкие и наверняка наивные мысли, что Мегамозг сам помогал нам преодолевать сложный путь. Ведь в ячейке разноцветных камней, где произошел весьма эмоциональный разговор о предстоящем пути, мужчины откровенно предупредили о нечеловеческих трудностях, которые нас дальше ожидают. Поэтому, помимо пока неведомых мне технических приспособлений в ранцах за спинами, они озаботились внушительным запасом плазмы, чтобы растворять стены или иные преграды. Ведь технические шахты и воздуховоды не везде взаимосвязаны, часто изолированы и, думаю, походят на московское метро с кучей кольцевых и диагональных линий и переходов. По ним можно блуждать хоть всю жизнь и не выбраться к цели. Конечно, нас вел, вполне возможно, не менее умный и технологически продвинутый уникум Игл, но все равно уж больно подозрительно легко и просто мы находили очередной переход или приемлемую для продвижения шахту. Невольно закрадывалось мерзкое чувство будущей подставы или смертельной ловушки.

Вдруг чья-то рука легла мне на попу. Испуганно пискнув, я рефлекторно дернулась и тут же стукнулась шлемом о трубу.