Мне все еще не верилось, что такие удивительные создания, пусть и хищники, могут быть агрессивными. Но уточнение Игла про их плотоядность свербело на краешке сознания, отчего нервишки начали шалить. Тем более напряжение уже разлилось в воздухе.

— Бесполезно, — только и успел ответить Адис.

Потому что первое существо выползло из мха и пронзительно закричало. Я чуть не заорала от ужаса: у него вместо человеческих зубов оказался ряд острых, похожих на акульи! В следующий миг дриана бросилась на меня… точнее, на нас… еще точнее, на Тино-фея, закрывшего меня собой, но была тут же отброшена коротким точным ударом. Похоже, мой защитник пока не собирался убивать, лишь отбивался. Ловко крутанул посох, раскрыл щит и выставил перед собой. К нам плавно скользнули Адис и Игл, тоже развернув защитные энергетические щиты. Мы словно в коконе спрятались. Эх, вот только сверху у нас брешь образовалась, чем и попытались воспользоваться нападавшие. Тех Тино-фею пришлось сбивать травматическими энергетическими выстрелами.

Мы синхронно продвигались вглубь леса, успевая смотреть себе под ноги. Обитатели ячейки преследовали нас, прыгая по ветвям и скользя в траве.

— На обезьян похожи, — в сердцах высказалась я.

— Они плотоядные, поэтому здесь нет живности, — заметил Игл, усугубив и так гнетущую атмосферу.

Я напомнила о правиле проживания в улье:

— Ну у них же тоже есть столовая.

— Видимо, рацион им не в полной мере подходит, — предположил Адис. — Видите? Лес гибнет!

Я попыталась выглянуть из-за высокого плеча Тино-фея, чтобы посмотреть, куда указал Адис. О-о-о… лес, по которому мы пробивались с боем, вдруг перешел в гнилое болото: сухие мертвые деревья покрывал густой серый пожухлый мох. И что примечательно, на этих деревьях не было дриан. Они передвигались исключительно по живым исполинам.

— Стойте, не стреляйте! — закричал нам Адис, когда еще одна подбитая дриана упала практически ему под ноги и затихла.

Распахнутые голубые глаза лесной жительницы утратили внутренний свет. Я остро чувствовала, как больно на душе рушианину. Он крикнул:

— Хватит смертей! Не видите, они тоже вымирают. Я попробую договориться с ними.

— Бесполезно. Они не поймут! — равнодушно возразил Игл.

Я поддержала Адиса, мне тоже претила смерть живых существ. Пусть опасные, но они не звали к себе гостей. Они пленники, как и мы, и тоже умирают. И самый настоящий живой лес тоже гибнет! Видеть это было морально тяжело.

Адис решительно выступив вперед, встал перед дрианами:

— Я буду говорить с ними ментально… на уровне эмоций. Пусть мы разные, но чувство самосохранения есть у всех.

Тем временем лесные жители собирались вокруг нас большой стаей, прислушиваясь и скаля зубы. Даже сквозь защитный скафандр я ощущала их голод — сосущее, грызущее их нутро чувство ничем не унять. Они в ярости! Голодные. Пусть улей и снабжает их необходимой белковой пищей, но Адис прав, этого недостаточно. Как Мегамозг предупреждал, если новые поселенцы теряют душу, помимо преференций теряют и шанс выжить. Ведь получают лишь самое необходимое, чтобы влачить жалкое существование и бороться за выживание с соседями. Нападать, убивать, кромсать и жрать других! О дружбе и взаимопомощи в этом случае подумают единицы. Как же нам повезло с соседями!

Я прижалась к Тино-фею, наблюдая за рушианином. Он выставил перед собой щит и издал гортанный низкий звук. Я заслушалась, ощущая, как волнами расходятся от рушианина эмоции дикой беспросветной тоски, боли потерь, черная тьма безысходности и смерти. Уткнулась Тино-фею в рукав, пытаясь отстраниться от чужих эмоций. Боже, сколько боли и тоски носил в себе рушианин. Мне было настолько горько, что я с трудом сдерживала рыдания.