— Типичный английский школьный юмор. Это, видимо, термин для радиооператора в британской Администрации секретных операций.

— Аа, понимаю. — Раттенгубер снова обратил взор к документам. — Посредством замужества она породнилась с самыми знатными французскими фамилиями.

— Поэтому она и в Арлберге. Понятно, кто дальше?

— Мадам Клодин Шевалье.

— Концертирующая пианистка?

— Так точно, рейхсляйтер.

— Ей, должно быть, уже семьдесят, по меньшей мере.

— Семьдесят пять.

— Национальное достояние. В 1940 году она совершила поездку в Берлин, где дала концерт по личной просьбе фюрера. В то время, это сделало ее очень непопулярной в Париже.

— Очень хорошее прикрытие для ее действительной активности, рейхсляйтер. Она была одной из группы влиятельных людей, обеспечивших успешный побег из Парижа в Виши нескольким знаменитым евреям.

— Так, значит, умная женщина, смелая и хладнокровная. Это и все французы?

— Нет, рейхсляйтер. Есть еще Поль Гайллар.

— Ах, да, бывший член совета министров.

— Так точно, рейхсляйтер. Шестьдесят лет. Бывший врач, хирург. Репутация международно-признанного автора. Заинтересовался политикой незадолго до войны. Был министром внутренних дел в правительстве Виши, который закончил тем, что подписал освобождение известным политическим противникам. Подозревали, также, что у него были контакты с де Голлем. Член Французской Академии.

— Что-нибудь еще?

— Нечто романтическое, судя по рапорту службы безопасности. В 1915 ушел во французскую армию рядовым в порядке публичной демонстрации неодобрения тогдашнего правительства. Кажется, он думал, что они плохо подготовлены к войне. Заигрывал с коммунистами в двадцатых, но излечился от этого, посетив Россию в 1927 году.

— Какая у него слабость?

— Слабость, рейхсляйтер?

— Да ладно тебе, Вилли. У нас у всех они есть. Некоторые мужчины любят женщин, другие ночами напролет играют в карты или пьют. Мало ли? А Гайллар?

— Никаких, рейхсляйтер. И рапорт государственной службы безопасности очень полный. Однако одно удивительное пристрастие у него все же есть.

— Что же это?

— Он обожает лыжи. Всю жизнь. В 1924 году на Зимней Олимпиаде в Шамони он выиграл золотую медаль. Замечательное достижение. Видите ли, ему тогда было тридцать девять лет, рейхсляйтер.

— Интересно, — согласился Борман. — Это, действительно, многое говорит о его характере. А что известно об англичанине?

— Я не очень уверен, что описание совершенно соответствует действительности, рейхсляйтер. Джастин Фитцджеральд Бирр, 15-ый граф Дандрам, ирландский титул. Он родился в Ирландии. Он, к тому же, 10-ый барон Фелвершам. Этот титул уже, естественно, английский. Поместье к нему прилагается в Йоркшире.

— Англичане и ирландцы никак не могут договориться друг с другом, правда, Вилли? С начала войны, кажется, тысячи ирландцев с готовностью присоединились к английской армии. Очень странно.

— Вы правы, рейхсляйтер. Лорд Дандрам, так к нему обращаются обычно, имеет дядю, который был майором пехотинцем в Первую войну. Великолепный послужной список, масса наград и т. д. Затем, в 1919 году, вернувшись домой, вступил в ИРА и во время их борьбы за независимость был командующим их летающей колонны. Это вызвало жуткий скандал.

— А сам граф? Каковы его военные заслуги?

— Тридцать лет. Орден за выдающиеся заслуги и Военный крест. Начал войну лейтенантом Ирландской гвардии. Спустя два года, подполковник Воздушных войск особого назначения.