— Хорошо. Что еще?

— Генерал Каннинг и полковник Бирр здесь.

— Хорошо, пригласите их. Шенк, вы тоже останьтесь, — добавил он, когда старый лейтенант направился к двери.

Каннинг был в пилотке и в офицерской шинели темно-оливкового цвета. Бирр в двустороннем камуфляжном комбинезоне и в белой зимней форменной куртке с капюшоном, из тех, что предназначались для немецкой армии на Восточном фронте.

Гессер сказал:

— Я вижу, вы приготовились к прогулке, джентльмены.

— Неважно, — отрывисто сказал Каннинг. — Что вы решили?

Гессер поднял руку, словно защищаясь.

— Вы слишком торопитесь, генерал. Нужно все как следует продумать.

— Господи, Боже мой. Начинается. Вы собираетесь делать что-то положительное или нет? — возмутился Каннинг.

— Мы всю ночь пытались связаться с Управлением по делам военнопленных в Берлине, но безуспешно.

— В Берлине? — удивился Каннинг. — Вы шутите. Он весь в руках русских.

— Не совсем так, — спокойно сказал Гессер. — Фюрер еще жив, как это ни пугающе для вас, и в столице сосредоточено значительное количество войск.

— Отсюда это четыреста пятьдесят миль, — сказал резко Каннинг. — Мы здесь, Макс. Что вы намерены делать здесь, вот что я хочу узнать?

— Иными словами, вы подумали над тем, чтобы послать лейтенанта Шенка на поиски британских или американских частей, возможно, в компании с одним из нас? — спросил Бирр.

— Нет. — Гессер ударил по столу единственной рукой. — Этого я не позволю. Это уж слишком. Я немецкий офицер, джентльмены, не забывайте об этом. Я служу своей стране наилучшим доступным мне способом.

— Черт возьми, каким же это? — потребовал ответа Каннинг.

Гессер нахмурился, задумался на мгновенье, потом кивнул.

— Сегодня я еще продолжу попытки связаться с Берлином. Я должен знать их точные указания относительно этого дела. — Каннинг попытался протестовать, но Гессер прервал его. — Нет, я намерен действовать именно так. Вам придется с этим примириться. Сначала, говоря вашим языком, мы пошарим по диапазонам.

— А дальше? — спросил Бирр.

— Если к этому часу завтра утром мы не добьемся успеха, я собираюсь послать оберлейтенанта Шенка в свободный мир. Посмотрим, что ему удастся найти. Это, естественно, только в том случае, если он захочет рискнуть. — Он повернулся к Шенку. — Это не будет приказ, вы понимаете?

Шенк слегка улыбнулся.

— Я с готовностью сделаю то, что герр оберст сочтет нужным.

— Зачем терять еще один день? — начал Каннинг, но Гессер просто встал.

— Это все, что я хотел сказать, джентльмены. Доброго вам утра. — Он кивнул Шенку. — Теперь выведите на прогулку генерала и полковника Бирра.

В саду было холодно, с разных сторон налетали снежные вихри. У всех выходов стояли охранники в длинных куртках с капюшонами, Шнайдер с Магдой неотступно следовал за Каннингом и Бирром. Каннинг оглянулся и щелкнул пальцами, овчарка сразу натянула поводок и заскулила.

— Слушай, старик, отпусти ее, — отрывисто сказал Каннинг Шнайдеру по-немецки. Шнайдер не без колебаний спустил ее с поводка. Сука подбежала к Каннингу и лизнула ему руку. Он встал на колени и стал чесать у нее за ушами. — Ну, что ты об этом думаешь?

— Лучше, чем я рассчитывал. Не забывай, Гессер пруссак. Профессиональный солдат старой школы, Бог и Отчизна — вот его спинной хребет.