— Дак они, когда бегают, когти втягивают. Неудобно же, с этакими кинжалами.

— Ну, не знаю. Инстасамки — ничего, живут. Некоторые, говорят, даже неплохо.

— Кто?

— Неважно. То есть мы сейчас, получается, по следу идём?

— Угу.

— И будем идти до тех пор, пока следы не закончатся, а потом гнездо высматривать?

— Молодец. Соображаешь. — Егор поднялся. — Пошли.

Мы двинулись дальше.

Теперь и я начал смотреть под ноги. Следы когтей были и впрямь почти незаметны. Не приглядишься — не увидишь.

— Слушай. А гнездо ведь вряд ли сильно далеко? В деревню, потом обратно — это ж умаешься бегать.

— Верно говоришь, — кивнул Егор. Он выглядел всё более довольным. — Повезло мне с тобой, на лету схватываешь. Смотри внимательнее. Вот-вот след оборваться должен… Стой! — Он остановился.

Мы склонились над дорожкой. Следы здесь обрывались.

— Оттудова выскакивают, — приглядевшись к ним, уверенно сказал Егор. И махнул рукой влево.

Ничего, похожего на гнездо, с той стороны не наблюдалось. Зато я заметил вирею — ту самую бездонную яму, поросшую сочной, изумрудно-зелёной травой.

Егор тоже её увидел. Сказал:

— Обходить будем аккуратно. С кочки на кочку прыгать, а перед тем, как прыгнуть, сперва слегой щупать — не топко ли. — Он протянул мне одну из двух жердей, прихваченных из деревни. — Давай. Гляди, как я делаю.

— Постой. — Я задумчиво смотрел на вирею. — Бездна, говоришь?

— Ну.

— А если крыса туда попадёт, что с её костью будет?

Егор развёл руками.

— Проверим? — предложил я.

После того, как растолковал Егору, чего хочу, рядом с виреей вспыхнул Манок. Место, где его зажечь, указал я. Расположил так, чтобы на прямом отрезке «предполагаемое крысиное гнездо» — «вирея» — «Манок» он оказался последней точкой, самой ближней к нам. Мы с Егором стояли чуть в стороне. Точного местонахождения гнезда я не знал, пришлось полагаться на интуицию.

Угадал. Крыса появилась именно оттуда, откуда ждал.

— Не трогай! — напомнил я Егору. — Моя!

Егор напряженно кивнул. Крыса приближалась. Вирею она уверенно обходила стороной. И с кочки на кочку не прыгала — видимо, небольшой вес позволял держаться на поверхности болота, не проваливаясь. А может, крыса просто знала дорогу.

В момент, когда тварь поравнялась со мной, она изменилась. Выдвинулись ядовитые клыки. На лапах веерами сверкнули когти.

Крыса прыгнула — целясь когтями мне в шею.

«Удар»!

Пока крыса приближалась, я успел занять нужную позицию. Встал так, чтобы удобно было бить. Ударил не в полную силу — рассудил, что крысе хватит.

Через мгновение убедился, что прав, хватило бы даже меньшего усилия. Мне ведь эту тварь не по стенке размазать надо, а всего лишь отбросить.

Крыса улетела в вирею. Изумрудно-зелёная трава плотоядно чавкнула. Секунда — и крыса исчезла с её поверхности, как не было. На поверхности осталась только лужица болотной воды.

А меня шарахнуло «молнией», вырвавшейся из этой лужицы. Больно, но уже вроде и привычно.

Ну, всё логично. Крысу-то я ушатал, вот родия мне и досталась. Это хорошо, конечно, родии — штука полезная. Но только вот, помимо родий…

Я смотрел на лужицу. Она быстро затягивалась. А больше не происходило ничего.

— Владимир! — крикнул Егор.

— Да. Вижу.

К нам спешила ещё одна крыса. Неслась быстрее первой, аж с ног сбивалась.