Пэкстон с недовольным стоном вышел из меня и осторожно поставил мои ноги на пол. Я обошла его, завязывая халат, и направилась к Вандеру. Я переступала через две лестницы за раз, пока в голове вихрем крутились мысли. От одной к другой.

Не знаю, что он делал, но сейчас он спал. Снова ходил во сне? Верхний свет в его комнате был включен, но сам он спал, свернувшись клубочком у подножия кровати. Я перетянула его к подушке, взяв за руку и ногу, и укрыла, не зная, что делать дальше.

– Я хочу увидеть мамочку, – пробормотал он в коматозном состоянии, когда я потянулась к лампе, чтобы выключить ее.

Я перевела взгляд с лампы на него; сердце переполняла грусть. Он спал. Крепко. Я пригладила его волосы и поцеловала теплый лоб.

– Мне жаль, малыш, – прошептала я, чувствуя, как слезы щипают глаза. Ничего. Ни звука.

Я пошла обратно к мужу, с тяжестью в груди, снова переступая через ступеньку. Вот только я опоздала: Пэкстон уже удовлетворял себя, яростно водя кулаком по члену. Я подошла ближе к его сексуальному телу, взгромоздившемся на те же перила, где пять минут назад сидела я. Наши взгляды встретились, когда я приближалась к нему, переступая через порог. Я не хотела, чтобы он останавливался. Черт возьми, как же это было сексуально.

– Продолжай, – прохрипела я, сбрасывая халат на пол и касаясь пальцами своих складочек между ног. Одной минуты было бы достаточно, но я знала этот взгляд Пэкстона. И была не против. Ему повезет, если он протянет целую минуту. Каждый раз, когда его кулак оказывался в основании его ствола, мой клитор пульсировал еще больше и, как я и предполагала, много времени не понадобилось. Мой рот раскрылся, и я прикусила нижнюю губу, испытывая первые признаки – покалывающее ощущение глубоко в паху.

Пэкстон сократил расстояние между нами за три быстрых шага. Левой рукой я держалась за дверную ручку, а правой доводила себя до ожидаемого оргазма.

– Блять, да, детка. Работай своими пальчиками. М м м, да, крошка, – стонал он передо мной, все еще дроча себе, головка его члена касалась моих пальцев.

Я сделала шаг к нему, обвивая руками его шею. Наш поцелуй был эротичным, полным стоном, но он снова отстранился от меня.

– Ты готова? – спросил он, потирая головкой члена по моему пульсирующему клитору.

Я не ответила, потому что была готова. Я больше не могла говорить. Не только слова не могли вырваться из моего рта, но и все мысли исчезли из головы.

Пэкстон похотливо посмотрел на меня, когда я пошла назад в комнату, но последовал за мной к краю кровати. Я обхватила ногами его талию, пока он жестко нападал на мой клитор своим членом. Я кончила первой, самовольно засунув его член в себя, не перебивая идеальный ритм движений на сверхчувствительном интимном органе. Я кончила сильно, испытывая дрожь и сжимаясь вокруг его члена. Пэкстон вошел в меня последний раз, крепко держа меня за бедра обеими руками.

Мне нравилось выражение его лица. Эротичная, сексуальная похоть пропитывала все его существование, когда мы кончали вместе, выпуская напряжение между нашими телами.

Какое то мгновение мы так и простояли, возвращаясь к реальности.

– Я не понимаю, как ты так внезапно можешь быть беременной? – спросил Пэкстон, все еще находясь во мне.

– Видимо, из за этого, – ответила я, напоминая ему, куда он только что выпрыснул свою сперму.

– Ну знаешь. Теперь, когда ты сказала об этом, все кажется логичным.

Я нахмурилась, раздумывая, что он имел в виду, пока он гладил мой живот большим пальцем.

– Что логично? Я не вижу в этом ничего логичного.

– Когда ты сказала, что врач поставил тебе диагноз бесплодия, я особо в тебя не кончал.

– Почему?

Пэкстон пожал плечами и ответил правду.

– Наверное, потому что мне хотелось кончить тебе в рот или на лицо, на грудь или живот, куда годно, где.