— Постой! — воскликнула Дефина. — Посмотри на крой этой штуки.

Куртка была сплошной мешаниной. Подкладка рукава выбивалась из-под манжетов, и выкройка груди уже топорщилась. Пако Раббане как-то высказался: «У архитектуры и у моды одна и та же функция. Теперь я архитектор женщин». Но «дом, который построила Бетт», не мог стать жилым ни для одной женщины. Какой кошмар! Карен потянулась посмотреть на ценник. Девяносто девять баксов! Но куртка не стоила этих денег. После первой же химчистки она потеряет форму.

— Погляди еще и на это! — сказала она, снимая с вешалки блузу с глубоким круглым декольте. Ярко-зеленая, она была подобрана по цвету под темно-зеленый блузон. Комплект был трудоемким в исполнении: нарукавные: карманы, пара погончиков на плечах, пуговицы обтянуты той же материей на застежках-петлях. Но выполнена она была из: чего-то, основанного на полистироле, и на ощупь была чудовищна. Что случилось с тертым шелком Бетт? В жару в такой блузе будет жарко, в холод — холодно.

— Ох, как слизняк!

— Ползучий, — добавила Дефина, потрогав блузку. — Как калька.

— Слизняк ползучий, Калька — это что, имена гномов?

Карен не ответила. Она задумалась над высказыванием Шанель: «Вы добьетесь успеха в моде, если некоторые ваши вещи будут считаться непригодными для носки». Это была непригодная. Превратит ли Norm Со и ее модели одежды в нечто подобное? Карен посмотрела на ценник. Двадцать девять баксов. Боже, как они могут сотворить такое за такую цену?

— Это чье производство? — спросила Карен, показывая кивком головы на куртку к этой блузке. Пока Дефина отыскивала фирменную наклейку куртки, Карен обнаружила происхождение блузки.

— «Производство США», — прочитала она с удивлением.

По крайней мере Арнольду будет чем гордиться, если она свяжется с Norm Со. Он активно боролся за национальное производство. Но может ли она удовлетворить его гордость с таким исполнительным отделом Norm Со? Она должна настаивать на качественных поставках. Если такая штука вообще существует в природе.

— Этот хлам сделан там же, — сказала Дефина. — Мне кажется, что с ценами они совсем свихнулись.

— За границей работа ничего не стоит. Отец говорит, что они приковывают людей к швейным машинкам и время от времени бросают им куски сырого мяса, чтобы те не умерли с голоду. Он, правда, если не совсем красный, то розовый.

По мере просмотра одежды на вешалке они обнаружили, что почти все модели Бетт Мейер представляли собой сочетание дешевой ткани шодли и непрактичного исполнения, но произведены были в США.

— Как им удается сшить это так дешево? — спросила Карен.

— Не могу понять!

С первого момента, когда она получила доступ к бизнесу в высокой моде, она искала пути получить прибыль от пошива сверхдорогих, сделанных по специальному заказу нарядов. Трудно поверить, что заказ на вечернее платье за двенадцать тысяч долларов невыгоден. Но, как правило, это так и есть. Богатые заказы авторских нарядов обычно требуют дополнительных затрат из личных денег модельеров. Есть только один путь заработать, путь, которым идут все: продажей дешевой продукции на массовом рынке. Одна из грустных шуток жизни: средний класс — источник прибыли в высокой моде — обойден модой. Как дочь Арнольда, Карен не могла смириться с таким положением. Но она любила свою работу.

Просматривая выставленное на продажу дешевое барахло, Карен задала риторический вопрос:

— Кто же моделирует всю эту дрянь?

— Да уж точно не ты, малышка. Я сомневаюсь, что и Бетт когда-нибудь просматривает весь этот ширпотреб. Даже она не настолько плоха, чтобы сотворить подобное.