Храбрый до безумия, неудержимый в бою, он был отвратительным командиром, совершенно не видящим поле боя и напрочь забывающим об идущих за ним людях, но вот лучшего начальника штаба Джованни и желать было грешно. С планшетом и картой Полонец способен был творить самые настоящие чудеса, находя наилучшее применение даже самому негодящему бойцу и убитой технике, а хитроумию придумываемых им ловушек и засад позавидовал бы и скандинавский Локи.

В общем, повезло Соре с заместителем и начальником штаба. А то, что тот на язык несносен, и в преддверии боя теряет хладнокровие… так, у каждого свои недостатки. Главное, вовремя прикрыть их достоинствами и с толком последние использовать. Но это уже задача майора, не так ли? Вот и сейчас, стоило сбить боевой настрой литвина, как тот моментально… ну, почти моментально переключился в режим начальника штаба, забив поглубже свои инстинкты безбашенного рубаки и вытащив наружу змеиное хитроумие военачальника.

Джованни улыбнулся и, взобравшись на броню боевой платформы, скользнул в распахнутый люк, чуть поёжившись от сорвавшихся с обрезиненного края стальной крышки и упавших ему за шиворот холодных капель воды.

Провести пять тяжёлых бронированных платформ через окружающую горушку леса — задача не из простых, даже если в распоряжении имеются специалисты по работе с Твердью. Но наёмникам не привыкать к подобным трудностям. В конце концов, их, как и волков, кормят ноги, и умение передвигаться по любой местности важно для наёмников не менее, чем боевые навыки. А как иначе? Догоняешь ты или убегаешь — разницы нет, кроме выбора пути. Но в обоих случаях умение преодолевать любые преграды будет стоять на первом месте. И Сора мог похвастаться тем, что его бойцы и техника великолепно приспособлены для передвижения по любой пересечённой местности. Болото ли, лес ли,горы или заснеженные поля… «Львы Флоренции» пройдут где угодно. Особенно, если будет время на подготовку.

И сейчас его было предостаточно, так что выдвинувшиеся по приказу Полонца патрули были заняты не только сканированием пространства вокруг базы «клиента» и определения границ возможных минных полей, но и разведыванием возможных путей для выхода брони на рубеж атаки.

А спустя каких-то четыре часа, в штабную машину проскользнул Марк и, усевшись на складную сидушку у небольшого столика в корме платформы, одним движением пальца скинул полученную от разведчиков информацию со своего коммуникатора на штабной планшет. Встроенный в столик проектор мигнул и развернул изображение территорий, прилегающих к обосновавшейся на горе базе.

— Итак… — пробормотал Полонец, рассматривая карту. — Что мы имеем?

Пошла работа. Мелькали перед взглядами майора и его заместителя разрозненные картинки, снятые «летучими мышами» с разных точек и ракурсов виды базы, подъездной дороги к ней, и окрестные пустоши, лесные завалы и буераки. Пополнялась значками формируемая карта, намечались возможные пути подхода… и отхода. На всякий случай, да. Определялись места возможных закладок мин и точки, с которых хозяева базы могли вести наблюдение за окрестностями. И чем дольше работали командиры над картой, тем ярче сияла улыбка на устах литвина, увлечённо занимавшегося любимым делом: составлением очередного плана причинения добра и нанесения справедливости ближним и дальним своим…

— Смотри, Джованни, — тыкал он пальцем с криво обрезанным ногтем в проекцию карты. — Вот здесь, здесь и, кажется, тут… можно рассмотреть почти заросшие следы от прохода тяжёлой техники. Должно быть, там тащили оборудование для строительства базы.

— Думаешь? — пожевал губами тот. — А почему не по дороге? Зачем нужно было торить сразу несколько дорог в лесном массиве?

— Посмотри на ширину проходов, — жестом увеличив картинку и «приложив» к ней виртуальную линейку, заметил Марк.