— Ты сыграешь мне перед сном?

— Конечно. — Он целует ее в лоб, встает с кровати, достает со стойки в углу комнаты акустическую гитару, возвращается на свое место и устраивается так, чтобы видеть нас обеих.

— Знаешь, я ждала этого момента с тех, пор как увидела гитару в твоей комнате. — Не могу сдержать улыбку я.

Опустив взгляд, Келлер сосредоточенно перебирает струны, настраивая инструмент, но уголки его губ тоже растягиваются в улыбке.

— Не возлагай на меня слишком больших надежд. Это так, для развлечения.

Обнимаю Стеллу, она прижимается поближе ко мне и Келлер начинает играть.

С третьей-четвертой ноты я узнаю песню.

Так же как и Стелла. Она начинает хлопать в ладоши.

— Моя любимая, папочка.

Откровенно говоря, он хорошо играет и вполне уверенно держит гитару в руках. Если ему попрактиковаться, то он будет великолепен. Еще одна галочка в его пользу, из-за чего мне невероятно сложно сопротивляться Келлеру.

Когда он заканчивает играть, я вопросительно поднимаю брови.

Келлер в ответ поднимает свои.

— Что? — тихо спрашивает он уголком рта, как будто пытается оставить это между нами, чтобы Стелла не слышала.

— "The Cure" — это такая посредственность. — Возвращаю обратно слова, которые он мне сказал несколько недель назад. Пытаюсь сузить глаза, но против воли на лице расплывается улыбка. "Lullaby" всегда была одной из моих любимых песен и несмотря на отсутствие пения, сыграл он ее красиво.

Келлер пытается сохранить непроницаемый вид, но ему это не удается.

— Я лгал. Мне нравится The Cure и ...да, Роберт Смит — божественен. Рада?

— Угу. — Теперь я довольна.

— Папочка, а сыграй еще, — умоляет Стелла, складывай ладошки на груди. — Пожаалуйста.

Келлер смеется.

— У меня идея. — Он переводит взгляд на меня. — Давай послушаем, как поет Кейти.

Стелла поднимает голову. Ее большие глаза смотрят на меня с предвкушением. Я еще даже не согласилась, но уже пытаюсь придумать, что же исполнить. Пока я раздумываю, Келлер и Стелла в ожидании не отводят от меня глаз. Одинаковых глаз на двух разных лицах. Я не в состоянии отказать этим глазам, поэтому прошу у Келлера гитару.

— Ты хочешь мою гитару?

Я киваю и жестом еще раз озвучиваю свою просьбу.

— Ты играешь? — не может поверить он.

— Не очень хорошо, — с бурчанием отвечаю я, беру гитару из его рук и подмигиваю. — Притворяйся, пока это не станет правдой. Разве не так говорят?

Стелла подвигается поближе к Келлеру, а я устраиваюсь на краю кровати напротив них. Проигрываю несколько аккордов, чтобы настроиться. Я уже несколько месяцев не держала в руках гитару.

Смотрю на Стеллу, которая перебралась на колени к Келлеру. Согнув ноги, она обнимает их руками. В объятиях Келлера она смотрится маленьким розовым пушистым мячиком.

— Стелла, эта песня называется "Angels".

Начинаю играть и петь. Я часто исполняла эту песню для Грейси и она ей очень нравилась.

Закончив, понимаю, что все это время провела с закрытыми глазами.

Приоткрываю один и встречаюсь взглядом со своей публикой.

Наполовину спящая, наполовину бодрая Стелла одобрительно хлопает.

— Вау Кейт, ты замечательно поешь.

Келлер выглядит ошеломленным и от этого у меня появляется чувство гордости за себя.

— Так и есть. Я и не знал, что ты еще и на гитаре играешь.

Пожимаю плечами и сползаю с кровати, чтобы поставить инструмент обратно на стойку.

— Меня научил Гас. Ему надоело, что я расстраиваю его гитару, поэтому, когда мне исполнилось тринадцать он начал обучать меня.