Джефф и Катчер сидели за своими столами, но были так сильно поглощены беседой, что даже не услышали, как я пришла.

— Ее волосы намного темнее, — говорил Джефф, одновременно печатая на одной из многоцветных клавиатур, находившихся на его столе. — Поэтому я уверен, что у наших детей тоже будут темные волосы.

— Не обязательно, — возразил Катчер. Он делал из стикера оригами. — Я имею в виду, им могут достаться твои гены. А ты выше, чем Фэллон и волосы у тебя светлее.

— Что верно, то верно, — ответил Джефф.

Неужели это происходило наяву? Эти два связанных с магией парня, которые решали проблемы и надирали задницы, обсуждали, какие будут у них дети?

Наклонившись, Джефф протянул Катчеру пакет фисташек. Катчер добродушно улыбнулся и, не проронив ни единой колкости, бросил оригами и взял из пакета несколько штучек. Очистив от скорлупы свою фисташку, Джефф стал жевать.

— Ты никогда не задумывался о том, чтобы обучать ребенка бейсболу, ну, типа, когда у вас с Мэллори появятся дети? Заниматься там всякой рутиной, которой занимается папаша футболиста?

Катчер подбросил фисташку в воздух и поймал ее ртом.

— И попутно надеяться, что наши дети однажды не поджарят Вселенную? Да, мне приходила в голову такая мысль, — он сел прямо и посмотрел на Джеффа. — Ты можешь себе представить маленькую девочку с волосами как у Мэллори? Светлыми, я имею в виду.

— Разбивательница. Сердец, — сказал Джефф. — Тебе придется держать у парадной двери дробовик, чтобы отгонять ухажеров. Ну, или поручить это Мэллори.

— Ага, — проговорил Катчер, а потом, осознав, что я находилась в комнате, поднял глаза и в упор посмотрел на меня. — Я так и сделаю, но сначала заставлю ее надрать Мерит задницу за то, что та подслушивала.

Ухмыльнувшись, я зашла внутрь, помахав каждому из них рукой.

— Привет, гордые папаши еще не зачатых детей.

Щеки Джеффа зарделись румянцем.

— Могла бы и сообщить о своем присутствии.

— И пропустить беседу папашек? Нет, уж спасибо. Прелестный разговор. Вы — два дружелюбных ребенка, которые вели себя очень по-отечески.

— По всей видимости, сирена тебя не утопила? — сухо поинтересовался Катчер, возвращая меня к сути дела.

— Даже и не пыталась. Вообще-то, она была очень милой.

— Еще бы, — с ухмылкой сказал Джефф. — Ты же убедила ее поступить правильно. Озеро приходит в норму.

— Слава Христу, — сказал Катчер. — Поездка принесла плоды? Она призналась в порче нашего озера?

— На самом деле, нет, — ответила я, выдвигая для себя стул. — Давайте позовем дедушку. Ему тоже захочется это услышать.

Я не собиралась драматизировать, а просто хотела собрать в комнате их всех, когда буду рассказывать об озерной сирене.

Спустя несколько минут, вошел мой дедушка и, улыбнувшись, обнял меня. Затем его взгляд изменился: все веселье испарилось, когда он настроился на деловой лад.

— Лорелея является озерной сиреной с тех пор, как она стала владелицей Piedra de Aqua, водного камня, который каким-то образом наделяет владельца своей силой. Она слаба, выглядела просто ужасно, и кажется, испытывает боль. Вообще она надеялась, что во всем виноваты нимфы. По пути в Чикаго абсолютно ничего не произошло, но по прибытии мне говорят, что с озером все нормально. Чудесным образом вернулось в норму.