Не размыкая объятий, они сели на бронзовую крышку. Ксаверий машинально потрогал бирку, пристегнутую к ручке сундука. На плотном картоне синела печать Имперской канцелярии: орел, держащий в когтях свастику. Дата на печати была свежая: 20 апреля 1945 года. На бирке с инвентарным номером аккуратный немецкий интендант вывел острым «готическим» почерком: «Имущество рейхсканцелярии». Отдельно значилась пометка: «33».

— Откуда здесь этот ящик, Элиза?

— Его забыли гитлеровцы, — девушка вспыхнула и отвела глаза. — Как ты думаешь, что там может быть?

— Оружие, золото, документы… — пожал плечами Ксаверий. — Мы можем это узнать.

— Но ведь ящик заперт!

— Это всего лишь кодовый замок, хотя и довольно сложный, — он коснулся маленьких бронзовых колес. — Тут четыре ротора. Каждый из них отвечает за разряд кодирования ключевого кода. На одном роторе — цифры и буквы, на другом — буквы, на третьем буквы и астрологические значки, на четвертом — буквы и символы. Набор букв и символов на каждом роторе намного превышает обычный цифровой код, и для того, кто не знаком с этой системой, будет сложно восстановить исходную последовательность.

— Ты можешь подобрать код? — с сомнением спросила Элиза.

— Пока не знаю, но думаю, что справлюсь, если учесть, что здесь надо перебрать число комбинаций эдак около… сотни! Нужен всего-то эликсир молодости или хотя бы напиток бессмертия, — улыбнулся Ксаверий.

— Я думала, ты врач или химик…

— И да и нет, Элиза. Я изучал астрологию и медицину, алхимические трактаты, написанные на латыни, санскрите, и даже египетскими иероглифами. Я знаком с тайнописью кириллицы и числовым алфавитом каббалы, знаю арканы Таро и нумерологию Пифагора. Если этот код составлен по знакомой мне системе, то, поработав с ним минуту-другую, я смогу сказать, какое из тайных обществ приложило к нему руку, — Ксаверий повернул бронзовое колесо с буквой и подобрал к нему следующее с цифрой. Затем добавил астрологический знак и на последнем четвертом роторе нашел картинку, потом вновь набрал букву и повернул следующий ротор, прислушиваясь к звуку, и если звук ему не нравился, то он менял комбинацию чисел и знаков.

— Смотри, если различные символы кодового замка перевести сначала в цифры, а затем цифры — в буквы алфавита, а их прочитать как карты Таро, то получаются четыре карты: Звезда, Луна, Солнце и Воскресение Мертвых. По преданию, именно эти четыре аркана открывают дату Апокалипсиса.

Замок скрипнул, где-то внутри бронзового ящика совместились выемки, сцепились зубцы и смазанные маслом цапфы ушли вовнутрь замка.

— Вот видишь, я не ошибся, — улыбнулся Ксаверий, — этот шифр оставил нам мудрец в надежде, что далекий собрат по разуму подберет к нему ключ. А теперь т-с-с…

Ксаверий заговорщицки приложил палец к губам и решительно приподнял тяжелую бронзовую крышку.

Внутри под слоем стекловаты лежал дощатый ковчег, похожий на ящик от патронов. В нем, как в матрешке, помещалась большая резная шкатулка из вишневого дерева.

Ксаверий осторожно открыл футляр и достал продолговатый предмет, обернутый алым шелком. Элиза развернула шелк и вскрикнула, едва не уколов ладонь.

— Это Копье Судьбы из музея в Хофбурге, — прошептала она.

Ксаверий с сомнением разглядывал темное от времени копье. Его середину прикрывал серебряный футляр, повторяющий форму копья.