— Да, но не думаю, что стоит его отдавать тебе.

— Почему это, скажи на милость?

Байрон вздрогнул, когда дверь кабинета Клементины со стуком распахнулась.

— Потому что босс убьет тебя задолго до того, как ты доберешься до банка.

— Что? — Орхидея посмотрела в другой конец комнаты прямо в лицо заведенной циркулярной пилы и потрясенно ойкнула.

— Пять кругов ада, Орхидея Адамс, мне следовало поджарить твою задницу. — Клементина хлопнула экземпляром «Нью-Сиэтл Таймс» по обтянутому кожей бедру. — Как ты могла так поступить со мной, после всего, что я для тебя сделала?

— Ты лишь дала мне работу на полставки и только, Клементина. Насколько помню, тебе отчаянно требовался ледяной концентратор полного спектра. В городе целый ряд таких агентств, между прочим. — Орхидея посмотрела на газету. — В чем проблема-то?

— Проблема? — повысила голос Клементина. — А я тебе сейчас скажу, в чем проблема. Прошлым вечером ты побывала на самом сногсшибательном событии в городе, а эти чертовы газетенки все вывернули наизнанку. Ты упустила единственную, уникальную возможность, выпадавшую когда-либо в обозримом прошлом сотрудникам «Синерджи инкорпорейтед», — показать наш новый эксклюзивный имидж. Вот, в чем проблема.

— На самом деле вопрос в том, не лишила ли она заодно «Синерджи инкорпорейтед» самого уникального и важного клиента, который имеется у нас на настоящий момент. «Пытливые умы…«— пробормотал, прикрывшись газетой, Байрон.

Орхидея уставилась на него.

— Замолчи, Байрон, или я лично забью тебе в глотку каждый из этих постеров «Эксклюзивного мышления».

— Есть, мэм. — Он уткнулся носом в «Син-сацию».

Орхидея повернулась к Клементине:

— Что ты имеешь в виду, говоря, что «газетенки вывернули все наизнанку»?

— Тебя назвали парой Рафа Стоунбрейкера, подобранной агентством, — со зловещими нотками в голосе пояснила Клементина.

— Ну и что?

— Этот чертов репортеришка светской хроники представил дело так, словно ты из брачного агентства, а не из фирмы, оказывающей фокус-услуги. Более того, он даже не упомянул в статье «Синерджи инкорпорейтед».

Орхидея облегченно выдохнула.

— Клементина, разве ты не помнишь, что мы работаем под прикрытием? Прошлым вечером Раф решил выдать меня за подобранную в брачном агентстве пару. Он не хотел, чтобы кто-то знал, что я работаю на него.

— Но ведь подвернулась такая идеальная возможность прорекламировать «Синерджи инкорпорейтед» как эксклюзивное агентство по оказанию фокус-услуг.

У Клементины был столь несчастный вид, что Орхидее стало ее жаль. Она подошла к главе агентства и погладила по широкому плечу:

— Ну, ну. Обещаю, когда все закончится, я попрошу Рафа упомянуть «Синерджи инкорпорейтед» парочке друзей. Ладно?

— Полагаю, это лучшее, на что мы можем надеяться сейчас, когда ты упустила такую невероятную возможность.

— Молодец! А сейчас я могу забрать свой чек?

— Конечно-конечно. Отдай ей чек, Байрон. — Клементина вперила взгляд в Орхидею. — Да, и вот еще что…

— Что? — спросила Орхидея, забирая протянутый Байроном конверт.

— По поводу всей этой ерунды в статье насчет Рафа Стоунбрейкера, продемонстрировавшего свою так называемую пару, подобранную брачным агентством, перед родственниками и членами совета директоров «Стоунбрейкер шипинг»…

— И что?

— Это ведь просто часть прикрытия, к которому вы со Стоунбрейкером прибегли? В этом ведь нет ни крупицы правды?

— Ой, не смеши меня! Хорошего вам Дня Основателей.