***

— Миафан, нет! — Тот повернулся на крик и увидел, что Ориэлла пытается встать, не в силах оторвать глаз от твари, которую он призвал. Потом девушка повернулась прямо к нему, и выражение безграничного отчаяния на ее лице поразило Владыку в самое сердце. — Убери его! — кричала она. — Пожалуйста, Миафан, помилуй Форрала! Я сделаю все — клянусь! Умоляю тебя, убери его!

На мгновение Верховный Маг заколебался. Он уже был в страшном долгу перед Ориэллой за убийство ее отца, и по-своему, эгоистично, но все же любил ее. Он заручился ее словом, а пощадив Форрала, конечно же, завоюет ее сердце! Миафан повернулся, искренне намереваясь вернуть призрака назад, но увидев воина, загнанного в угол, он мгновенно со всей остротой вспомнил сегодняшнее унижение. Этот ублюдок был любовником Ориэллы! Он хватал своими лапами ее тело, наполнил ее лоно своим семенем, и теперь она носит его чудовищное отродье. Довольно! Волна жгучей ревности захлестнула разум Владыки, и единственная возможность свернуть с пути зла была навсегда потеряна для него.

***

Миафан снова повернулся к твари, и его лицо превратилось в страшную маску ненависти.

— Взять его! — взвизгнул он.

Форрал прижался к стене, застывшими глазами глядя на приближающийся призрак. Он был бесстрашен перед лицом любого живого врага, но это оказалось выше его сил. Девушку прошиб холодный пот. Ориэлла никогда не видела ничего подобного, и ей потребовалось собрать все свое мужество, чтобы не сломаться и не побежать в панике от этого воплощения зла, грозившего уничтожить ее возлюбленного.

Больше всего эта тварь была похожа на ожившую грозовую тучу — дымный призрак корчился и извивался, клубясь и перетекая в постоянном мельтешений злобных, ухмыляющихся харь, и смотреть на него было пыткой для глаз и рассудка, но не смотреть было тоже невозможно. У Ориэллы раскалывалась голова. Жуткую тварь окружал мерцающий ореол холодной злобы, который обволакивал все живое, высасывая тепло и волю, и Ориэлла вдруг осознала, что медлить больше нельзя.

С небывалой силой, порожденной отчаянием, она вскочила на ноги и бросилась через всю комнату. Загородив воина своим телом, девушка лихорадочно выставила перед собой магический щит, но тварь продолжала приближаться, медленно и неотвратимо, и Ориэлла сдавленно вскрикнула, когда призрак коснулся щита — и прошел прямо сквозь него, словно его и не было! Усилием воли задушив страх, она попятилась к Форралу и выхватила меч из его неподвижных пальцев.

Клинок зазвенел, вспыхнув ярким светом, когда Ориэлла наполнила его магией Огня. Она шагнула вперед и мощным взмахом рассекла бестию прямо посередине. Клинок не встретил ни малейшего сопротивления, словно она рубила дым, а призрак разразился леденящим душу хохотом, и две половины без всяких усилий опять соединились. Ориэлла застыла в ужасе, глядя на черное и безжизненное лезвие. Выронив меч, она, спотыкаясь, отступила назад, чувствуя, как все ее тело немеет от всепроникающего холода. Чудовищное порождение тьмы, приближаясь, казалось, вырастало, заполняя собой всю комнату. Перелетев над беспомощной девушкой, призрак обрушился на воина, накрыв его густой черной тенью. Форрал издал последний хриплый крик — он хотел выкрикнуть имя своей любимой, — и черная туча поглотила его. Наступила тишина. Тварь медленно поднялась.

Форрал лежал, бледный и неподвижный, такой, каким представлялся Ориэлле давным-давно в ее ужасном видении.

— Форрал! — пронзительно крикнула она, голосом, полным гнева и отчаяния, и, не думая об опасности, грозившей ей самой, кинулась к нему.