— Но как же нам вернуть Меч в мир? — спросили мы. — И как мы сможем охранять его там, где бессильны?

— А это, — сказали они, — ваша забота. Тогда мы спросили:

— А какова будет награда за это великое дело? Хеллорин помедлил, и глаза его сверкнули:

— Они пообещали нам свободу. Владелец Меча разрушит древние заклятия и вернет нас в мир, где мы жили прежде. Мы дали клятву хранить верность Мечу и Единственному, который будет им повелевать. Когда он потребует его, мы вслед за ним последуем в мир, чтобы бок о бок сражаться против зла. Исполнив это, мы снова будем свободны, как когда-то прежде. Свободны, дети мои!

— Когда брат поразит брата, — прошептал Д'Арван. — Так значит, срок близок. Но как же ты вернешь Меч, отец? Как ты будешь охранять его?

Лесной Владыка отвел глаза, и лицо его, обращенное к огню, затуманилось печалью. Наступила томительная тишина.

— Мне кажется, Владыка, ты собираешься каким-то образом использовать нас,

— живо сказала Мара.

Хеллорин медленно поднял голову и кивнул.

— Д'Арван, прости меня, — сказал он. — Но существуют древние законы, которые во имя нашего народа давным-давно установил я сам. Призвав меня, ты попал под власть этих законов, и я не могу изменить их даже ради собственного сына. Ты попросил у меня милости ради жизни феи Эйлин — точно так же, как сама она когда-то попросила меня найти ее дочь. Я помог вам обоим. Теперь вы у меня в долгу, и я вправе потребовать от вас услуги. Понимаешь?

— Ты хочешь, чтобы я охранял Меч, — Д'Арван был разочарован, но понимал затруднительное положение отца. Правитель должен подчиняться собственным законам, а на плечах Хеллорина лежала ответственность за его народ. — Я сделаю что смогу, — наконец проговорил маг. — Но отец, я прошу только одного

— умоляю, не вмешивай в это Мару.

— Д'Арван, мы будем вместе!

— Д'Арван, я не могу!

Возгласы протеста раздались одновременно. С растущим раздражением маг переводил взгляд с отца на возлюбленную.

— Да прекратите же вы оба!

Мара и Хеллорин переглянулись и разразились смехом. — Ах, что за женщина!

— воскликнул Фаэри. — Как бы мне хотелось оставить вас здесь! Но мы захвачены событиями, которые гораздо важнее любого из нас. — Он встал и тепло обнял их обоих. — Обещаю вам, что вы не расстанетесь, хотя с любовью придется повременить, пока ваша задача не будет выполнена. Да будет так, а пока великие события могут подождать. Вам нужно время, чтобы побыть вдвоем — если в этом мире уместно слово «время», — и комната для вас готова. Идите, дети, и отдыхайте — или не отдыхайте, как вам захочется! — Его глаза лукаво вспыхнули. — Я позову вас, когда наступит час отправляться.

***

Они снова встретились в большом зале, после того что по меркам Большого мира было одной ночью, хотя Д'Арвану и Маре это показалось очень коротким сроком. Хеллорин еще раз обнял их.

— Вы готовы, дети?

Они кивнули. Готовы, насколько это возможно. За ночь, проведенную наедине, они поделились страхами и секретами, обменялись тайными клятвами, понятными только двоим, и без конца любили друг друга, стремясь набраться воспоминаний на все то время, которое им предстоит провести в разлуке.

— А как же Эйлин? — спросила Мара, и Д'Арван в который раз подивился отваге девушки, бесстрашно глядящей в глаза его отцу.

— Наши целители говорят, что она поправится, — кивнул Хеллорин, — фея останется среди нас в безопасности и почете до тех пор, пока не завершится это дело.