— Клянусь честью, — с уважением проговорил дракон, — ты ничего не делаешь наполовину, Чародей!

Жезл упорно указывал на середину комнаты. Там, в столь энергично расчищенном свободном пространстве, в гордом одиночестве сиял зеленый самоцвет, размером приблизительно с палец волшебницы. Ориэлла с опаской приблизилась к нему, щурясь от яркого изумрудного свечения. Она остановилась на расстоянии вытянутой руки от кристалла: подойти ближе мешала энергия, которая пульсировала вокруг него стеной зеленого огня. Пока Жезл не восстановлен, сила не подчиняется ей, и вряд ли она сможет коснуться камня и остаться в живых. Но как же овладеть этой силой? Ориэлла провела руками по собственному жезлу, ощущая под пальцами искусную, почти живую резьбу Анвара. Две змеи, обвивавшие его, были настолько натуральны, что девушка почти чувствовала, как они шевелятся. Чувствовала, как они шевелятся… Это идея!

Однако кое-что еще оставалось невыясненным. Ориэлла повернулась к дракону.

— Я хочу задать свой третий вопрос. Существо казалось озадаченным.

— Ну, спрашивай. Только предупреждаю, я не могу сказать тебе, как завершить начатое.

— Ничего! Я хочу знать следующее: если я воссоздам Жезл, смогу ли я оставить его себе?

Дракон откинул голову и заревел — но не от гнева, как опасалась Ориэлла, а от смеха.

— Ох уж эти Чародеи! Никому еще не удалось превзойти вашу расу в стяжательстве! Да, ты можешь оставить Жезл себе, ибо заработаешь его. Но прошу тебя — не забывай, какими силами повелеваешь и каких бед можешь натворить. Никогда не соверши той ошибки, которую совершили те, что воспользовались Чашей.

Подойдя к камню, насколько позволяло сияние, Ориэлла сосредоточила свои силы, и не только на самом кристалле, но и на своем жезле. Она провела рукой по знакомой поверхности, и пальцы засветились зеленоватым сиянием: она пыталась, используя силы Земли, вдохнуть в дерево жизнь. И вот змеи зашевелились, их резные глаза открылись, а раздвоенные языки торопливо замелькали. Они подняли свои чешуйчатые головы с набалдашника, и Ориэлла, сконцентрировав на них свою волю, отдала приказ. Держа жезл за окованный железом конец, она протянула его вперед к самому кристаллу. Змеи вытянули головы и подняли камень, крепко ухватив его ядовитыми зубами.

Волна небывалой энергии прокатилась по жезлу, едва не сбив волшебницу с ног. Ориэлла покачнулась, но устояла, ослепленная мощью камня. Ей казалось, что она растет, увеличивается, занимает всю комнату, город, пустыню… Девушка ощущала весь мир: каждый камень, каждую травинку, каждое создание, что двигалось и дышало; она была всеми ими, и все они были ею, и она ликовала вместе с ними, радуясь чуду жизни! Победный крик Ориэллы докатился до самых звезд, когда она воздела к небу воссозданный Жезл Земли!

***

Шиа потеряла след волшебницы. Встревоженные, они пробирались по городу и наконец остановились у подножия огромного зеленого конуса — здесь след Ориэллы исчезал.

— Не понимаю, — сказала Анвару пантера. — Он доходит до этого места и кончается. Анвар выругался.

— Не болтай чепухи! Не могла же она просто испариться. Шиа бросила на него недовольный взгляд.

— Хочешь попробовать сам? — резко огрызнулась она.

— Прости, Шиа, — вздохнул Анвар. — Ян сам не пойму, в чем тут дело. Мы обошли эту штуку кругом, и нигде нет даже намека на вход. — Он с ненавистью посмотрел на покатые отполированные стены. — Взобраться наверх она тоже не могла…

Его слова потонули в оглушительном взрыве. Конус вспыхнул пронзительным, дрожащим светом, и огромное здание содрогнулось до самого основания. Земля накренилась, повсюду пробежали гигантские расширяющиеся трещины.