— На троих, — поправила хозяйка, продолжавшая сидеть рядом с мальчиком, она держала его за плечи и смотрела ему в глаза. — Савну нужно отдохнуть.

Я посмотрела на нее, на Савна, потом на Влада, а он — на меня. В следующий момент я почувствовала, как подействовало заклинание, но ничего не успела сказать. Видимо, Влад ощутил то же самое, вернее, он ощутил то же, что и Лойош; так или иначе, оба уставились на хозяйку, после чего обменялись взглядами. Глаза Влада были широко раскрыты, но он пожал плечами.

— Смотри, чтобы ничего не пригорело, — напомнила я.

— Не волнуйся, — проворчал Влад, вновь поворачиваясь к огню.

Я накрыла на стол. Примерно через две минуты действие заклинания закончилось, после чего старуха присоединилась к нам, и мы позавтракали. Казалось, Лойош и Ротса ее раздражают, хотя она должна была уже к ним привыкнуть. Однако Гвдфрджаанси промолчала. Малыш пристроился у стола и взывал к нам своими выразительными глазами, но так ничего и не выпросил, бедняга. Завтрак получился очень вкусным, и довольно долго все молча наслаждались, пока я не заметила, что Влад смотрит на меня.

— Что такое? — спросила я.

— Тебе не понравилось?

— Ты ждешь комплиментов?

— Нет.

Я пожала плечами.

— Очень вкусно.

— Хорошо, — отозвался он…

Я не знаю людей, подобных Владу: его мозг всегда работает. Даже Маролан иногда позволяет себе расслабиться, но я никогда не видела, чтобы Влад переставал думать. Меня очень интересовало, о чем он сейчас размышляет, но я не знала, как спросить, не нарушив приличий.

Влад заговорил первым:

— Ну, Мать?

— Что? — ответила она.

Он откашлялся.

— Как… с Савном все в порядке?

— Ты имеешь в виду его ранение?

— Да.

— Мне удалось его исцелить. Совсем не трудно, если знаешь, что нужно делать. Может быть, я и не лекарь, но я волшебница. — Она смотрела на меня, когда произносила эту фразу, словно ждала моих возражений. — И хорошо знакома с такого рода проблемами.

— Значит, все прошло удачно? — спросил Влад.

Не помню случая, чтобы Влад нуждался в каких-то заверениях.

— Вполне.

— Хорошо, — пробормотал он.

— Что теперь? — спросила у нее я.

— Теперь? Ну, выздоровление должно повлиять на его состояние. Мы посмотрим, не произойдет ли каких-нибудь изменений в его поведении — к лучшему или худшему. Если все останется по-прежнему, я попытаюсь изучить содержимое его разума настолько, чтобы рискнуть войти в него. А пока будем внимательно за ним наблюдать.

— Ясно, — сказал Влад и бросил взгляд на Савна, который мирно спал.

После завтрака мы с Владом навели порядок и вымыли посуду, я не торопилась, поскольку мне совсем не хотелось возвращаться к разговору о том, что нам следует сделать. Влад также двигался медленно — похоже, по той же причине. Я принесла воду, он развел огонь, потом, не спеша, разобрал остатки трапезы — что-то отправилось в огонь, часть досталась Малышу, остальное он выбросил в мусор. Когда вода нагрелась, я стала мыть посуду. Влад убрал стол и вычистил очаг.

Когда мы закончили, я спросила:

— Как рука?

— В порядке.

— Давай посмотрю.

— С каких это пор ты стала лекарем?

— При моей работе учишься всему понемногу — как и при твоей.

— Верно.

Влад снял рубашку. На груди у него густо росли волосы; я постаралась не обращать на них внимания и осторожно сняла повязку. Некоторые смотрят на свои раны, другие отворачиваются.