— Да, — согласилась я. — И кое-что было записано совсем недавно — скажем, в тот день, когда банк закрылся.

— Верно.

Я кивнула:

— Кстати, я узнала почерк.

— Ты его узнала?

— В том смысле, что я вспомнила, где подобрала листочки с записями — большая их часть в скомканном виде лежала на полу за письменным столом — очевидно, они завалились туда. И еще: стол находился в самом просторном кабинете из всех — пожалуй, ты прав, заметки делала лично Воннит.

— Отлично. Сделав эти выводы, я снова просмотрел все листочки, пытаясь найти другие упоминания БТ.

— Похоже, они нашлись?

— Да. Прочти следующий листок.

— Другой почерк, — отметила я. — Скорее всего мужской. Ты обнаружил его там же?

— Да.

— Тогда записка адресована ей. Хм-м-м. Почерк далеко не идеальный, но я могу разобрать. «Возникают вопросы относительно распространения до БТ — я считаю, что мы должны усилить меры безопасности, прежде чем получится зеркальное отображение. Стоит ли использовать зап. фонд?» Не могу прочитать подпись — очевидно, она носит символический характер.

— Да, пожалуй, ты права. И какой ты сделаешь вывод?

— У меня вызывает любопытство странная фраза: «прежде чем получится зеркальное отображение».

— Да, я тоже обратил на нее внимание. Почему бы не написать: «пока не отразится»? И что, вообще, она может значить? У тебя есть гипотеза?

— А у тебя?

— Есть. Но сначала я хочу услышать твою.

— «Прежде чем получится зеркальное отображение». Хм-м-м.

— Сдаешься?

— Пока еще нет; ты слишком рано радуешься. — Я еще немного подумала, но ничего путного в голову не приходило. — Ладно, сдаюсь. Что тебе удалось заметить?

Влад улыбнулся одной стороной лица.

— Взгляни на следующую записку.

— Хорошо. — Я посмотрела на последний, четвертый листок. Текст оказался самым длинным и наиболее невинным из всех.

Там говорилось: «Леди, лорд Састорр приходил еще раз — в качестве залога под кредит он предлагает свою долю в «Норпортском угле». Я сказал, что ему следует переговорить с вами, но его предложение показалось мне разумным. Я собираюсь сделать более точные оценки. Большая шишка из министерства финансов искала вас сегодня. Он не назвал своего имени, но обещал вернуться завтра — возможно, он представляет Императорскую ревизию, но я не думаю, что нам есть, о чем беспокоиться. Я говорил с Нартриа относительно жалобы, которую мы получили, и он обещал впредь вести себя вежливо. Приходила леди Эйси по поводу встречи в клубе. Она оставила листовку, которую я прилагаю к своей записке. Фиррна до сих пор болеет; если так будет продолжаться, нам придется искать ему замену — напомните мне, чтобы я обсудил сложившуюся ситуацию с вами». Записка была подписана столь же неразборчиво, как и предыдущая. Я прочла ее трижды, а затем посмотрела на Влада.

— Ну? — нетерпеливо спросил он. — Теперь ты видишь?

— Не слишком убедительно, — ответила я. — Все сходится, но доказательств нет.

— Если бы оно на самом деле было так неубедительно, — заметил Влад, — то ты бы ничего и не заметила.

Я пожала плечами.

— Мы мыслим одинаково. Но из этого вовсе не следует, что мы правы.

— Но эта версия объясняет упоминание о зеркале. В зеркале ты видишь собственное отражение, а если он искал то, о чем мы подумали… — Вместо окончания фразы Влад пожал плечами.