Ты покраснела, покраснел и Поцонали.

А я продолжил:

— Не приходится сомневаться в том, что все жители Мехико, начиная от вице-короля Мендосы и до самого последнего раба, осведомлены о нашем восстании и наших разорительных набегах. Но мне хотелось бы знать, насколько полны и точны их сведения о нас и какие меры испанцы собираются предпринять, чтобы обезопасить город. В частности, намерены ли белые укреплять Мехико и усиливать его гарнизон, или же, напротив, собираются вывести армию в поле и разгромить нас в решающем сражении.

И вот чего я хочу от вас. Отправляйтесь верхом как можно быстрее и как можно дальше на юго-восток, не останавливаясь до тех пор, пока не поймёте, что приблизились к возможным передовым постам испанцев на опасное расстояние. По моим представлениям, это будет где-то в восточной части Мичоакана, там, где он граничит с землями мешикатль. Оставьте лошадей там у любого гостеприимного местного жителя, который сможет о них позаботиться, переоденьтесь в бедное крестьянское платье и отправляйтесь дальше пешком. Чтобы отвести подозрения, идите не налегке, а с какими-нибудь товарами, якобы на продажу. Сойдут фрукты, овощи — что сможете раздобыть. Возможно, город окажется замкнутым в кольцо острой стали, но власти всё равно должны будут пропускать в Мехико и выпускать из него торговцев съестным. Не думаю, чтобы стража углядела угрозу в направляющемся на рынок поселянине и, скажем, его маленькой сестрице.

Вы оба снова покраснели. Я продолжил:

— Только ты, Вероника, ни в коем случае не говори по-испански. А лучше не говори вообще. Ты, Поцонали, я полагаю, если вас окликнут, сумеешь уболтать любого стража: и на науатль, и с помощью того немного, что способен сказать по-испански, или просто жестами, как невежественный сельский житель.

— Мы проберёмся в город, Тенамаксцин, целую в том землю, — сказал он. — Приказывай, что нам делать, когда мы там окажемся.

— Главным образом, смотреть и слушать. Ты, ийак, уже показал себя человеком, сведущим в военных делах. Следить за испанцами тебе не впервой, и, полагаю, ты без труда выяснишь, какие меры принимает город для защиты и готовится ли он к нападению. Кроме того, не помешает потаскаться по рынкам и потолковать с простым людом. Я хочу знать настроение человека из толпы, его отношение к нашему восстанию. К сожалению, многие наши соотечественники так свыклись и сжились с властью белых, что скорее поддержат их, чем нас. Есть в Мехико также один ацтек-ювелир, теперь уже пожилой, к которому нужно наведаться лично.

Я рассказал, как его найти.

— Этот человек первым поддержал меня в этой войне, которую я тогда ещё только замышлял, поэтому обязательно следует предупредить его о нашем приходе. Может быть, он захочет спрятать своё золото или даже уйти из города вместе с вами. И конечно, передайте ему мой горячий привет.

— Всё будет исполнено, как ты говоришь, Тенамаксцин. А что Вероника? Должен ли я постоянно находиться при ней для защиты?

— Думаю, в этом нет нужды. Вероника, ты чрезвычайно находчивая девушка. Если увидишь на улице двух или более беседующих испанцев, особенно в мундирах или в богатых нарядах, выдающих в них важных особ, — постарайся, как бы невзначай, приблизиться к ним на такое расстояние, чтобы суметь этот разговор подслушать. Они вряд ли заподозрят, что местная девушка понимает по-испански, так что тебе, возможно, удастся выведать не меньше, а даже больше, чем ийаку Поцонали. Тебе понятно задание?

— Да, мой господин.

— У меня также есть для тебя особое поручение. Во всём этом городе есть лишь один белый человек, которому я обязан. И я хочу, чтобы его тоже предупредили, как и ацтека-ювелира. Его зовут Алонсо де Молина — запомни это — и он высокопоставленная персона, служитель кафедрального собора.

— Я знаю, где это, мой господин.

— Не ходи к нему и не пытайся предупредить Алонсо напрямую.