После переезда на новое место жительства старшие Морозовы поняли, что специалисты из районной поликлиники не понимают, что происходит с их старшей дочерью. Следовало обратиться в психоневрологический диспансер. Но там поставят на учет, и Нина получит клеймо сумасшедшей. Ее потом ни в один колледж не примут, работу она не найдет, замуж не выйдет.

Илья Владимирович вышел на доктора Морсина. Эдуард Львович берет хорошие деньги, но никогда не сообщает никому ничего о своих клиентах. Он сумел подобрать девочке терапию. Лекарства были импортные, очень дорогие, отец покупал их у доктора. Посещать врача следовало раз в три месяца.

Серьезно больной человек, как правило, морально и материально тяжелое бремя для семьи. Старшим Морозовым кроме основной работы пришлось еще взять подработку. Они уходили рано, возвращались поздно. Все хозяйственные заботы и уход за Ниной легли на плечи Светы. Ей следовало вставать ни свет ни заря, кормить сестру завтраком, отводить ее в гимназию, потом доставлять домой, подавать обед, делать с Ниной уроки… Через полгода такой жизни младшая Морозова начала рыдать или, наоборот, принималась хохотать без повода.

Когда мать, придя домой, увидела Светлану у вешалки совершенно голую, но обутую в зимние сапоги, она ахнула:

– Что ты себе позволяешь? Немедленно оденься! Кормила Ниночку?

– Отстань! – завизжала младшая дочь. – Хочу пойти погулять!

Бедная Ирина Андреевна чуть не рухнула замертво: Света заразилась от Нины? В семье теперь две сумасшедшие девочки?!

На следующий день Илья Владимирович схватил младшую дочку и кинулся к Эдуарду Львовичу. Тот пообщался со Светой и объяснил отцу:

– Вы сами организовали то, что случилось. Мыслимо ли делать из маленького ребенка няню для старшей дочери? Светлана ведь просила вас избавить ее от этой роли.

– Она обязана помогать! – взвился отец. – Мы зарабатываем на визиты к вам, на лекарства. Светка уже взрослая!

– Ей мало лет, нельзя приносить здорового ребенка в жертву больному. У Нины есть мать!

– Ира работает, – окрысился Илья Владимирович.

Эдуард Львович приподнял одну бровь.

– Первое: когда я стал расспрашивать вас, есть ли в истории семьи умалишенные, я узнал, что ваша мать последние годы своей жизни провела в интернате для психоневрологических больных. С такой генетикой надо крепко подумать, стоит ли размножаться. Второе: ответственность за неразумное решение рожать лежит на вас и жене. Светлана тут ни при чем. Третье: младшая девочка нуждается в заботе, внимании и любви – ничего этого у нее нет. Если продолжите эксплуатировать малышку, она в самом деле тронется умом. В следующий раз увидите уже не спектакль, а настоящее безумие.

– Что? – заморгал Илья. – Светка притворялась, когда вела себя как Ниночка?

– А как ей еще привлечь к себе ваше внимание, получить хоть каплю любви? Девочка не один раз просила вас избавить ее от забот по уходу за Ниной.

– Она должна помогать, – снова завел свою шарманку мужчина.

– Хорошо, – остановил его Эдуард, – ничего не меняйте в своей жизни. Светлана обязана служить рабой Нине, это решение родителей. Но тогда будьте готовы, что вы станете обязаны к концу года лечить двух психиатрических больных. Одного получили из-за своей дурной генетики, второго лично воспитали. И последнее! Только что в разговоре со мной вы назвали старшую Ниночкой, а младшую Светкой. Порой мы, не желая того, сообщаем людям о том, как к кому относимся.