|
Сильф смотрел на него, и не мог понять собственных ощущений. Он же должен ненавидеть Аммата. Ненавидеть, а не замечать, что у него такие живые, тёплые, даже ласковые глаза… Не вспоминать о его гладкой коже. А помнить только о сползающем по стене Грайме с дырой в голове. Обо всех погибших друзьях. О «Киберкейве». Он зажмурился и резко отвернулся. Хотелось уйти. Убить эту сволочь и убежать. Но его не отпустят. Жуткий молчаливый альбинос, которого, похоже, ни капли не смутило ничего из того, что происходило, всё ещё был здесь. И держал пистолет наготове. Было страшно не только поэтому. Сильф понимал, что убить человека будет очень тяжело. Тем более человека, с которым только что переспал. Человека?! Чёрта с два! Он почти машина. Бездушная сволочь. Убийца… Но Сильф не мог избавиться от призрака его поцелуя. Зверь, вероятно, не вполне придя в себя и не вполне понимая, где он находится, уютно прижался к Келейну. Сильф уткнулся лбом в плечо корпората. Тот гладил хакера по спине и загривку размеренно и лениво. А потом они уснули всё втроём, в одной постели. Данэль молчаливо и неподвижно стоял рядом в ожидании новых директив. 5 глава Когда утром их вернули в камеру и заставили одеться в приготовленные простые комбинезоны белого цвета, Сильф свернулся клубком на своём матрасе и уставился в стену. Зверь некоторое время сидел на своей лежанке, а потом буркнул: – Слушай, Сильф, он нас теперь убьёт? – Не знаю. Думаю, что нет, – проговорил кибер-фрик, – Как видишь, игры он любит. – Хех…Не, ну это было здорово, вообще-то, – Зверь неуверенно почесал в затылке, смущённо улыбаясь, – У нас в племени так не умеют… – И что? – Сильф поднялся и уставился в глаза байкеру, – Ты теперь не хочешь свободы? Согласен быть его сексуальной игрушкой? Не боишься, что он пресытится и… – Слушай, да чего ты взвился-то? – хлопнул себя по коленям Зверь, – В конце концов, не он же тебя трахал. Хех. А ежели ему и впрямь это всё понравится, то есть вариант войти в доверие, и когда он меньше всего будет этого ожидать… Сильф подлетел к нему, зажал рот ладонью, прижавшись, словно обнимал, и прошипел в ухо: – Тише ты, идиот! Про камеры забыл?! Потом он словно бы принялся целовать его в щеку, шею, висок, а на самом деле шептать: – Этот альбинос, который у него в телохранителях. Я готов биться об заклад, он не человек. И с ним сладить не удастся. Поэтому я тебя очень прошу, когда в следующий раз ты захочешь броситься на Аммата, подумай дважды… Доверься мне. Я сделаю всё сам. Мы сбежим. И сестре твоей поможем… От шороха разъехавшихся дверей оба пленника вздрогнули. На пороге стоял уже знакомый им клон. – К стене, – приказал он. Едва пленники подчинились, как их руки снова оказались скованы. Потом последовал черёд повязок на глаза. – Что? Опять? – усмехнулся Зверь, – Ну и аппетитик у вашего хозяина! Тычком под рёбра его заставили замолчать. Потом их повели куда-то. Как оказалось, не в апартаменты Аммата. Сильф чётко фиксировал направление движения, стараясь запомнить его каждой клеточкой тела. По приказу конвоиров иногда приходилось приостанавливаться, пару раз проехаться в лифте и спуститься с лестницы пешком. И вот, наконец, – какой-то низкий гул, шорох разъехавшихся автоматических дверей, прохлада и приятный свежий запах, чуть с оттенком какой-то химии. Зверь замер и сглотнул. Сильф тоже приостановился в нерешительности. Их притащили в лабораторию. Их уничтожат?… – Сюда их ведите, – послышался негромкий мягкий голос. |
