|
Коша сидел на ветке и бросался в нас шишками, наотрез отказываясь слезать и обзываясь «предателями» и «придурками». Сил спорить уже не было, и я просто сидела, прислонившись к стволу дерева, и, прищурив глаза, наблюдала сквозь паутину ресниц за бликами пламени. Очередная шишка угодила мне по макушке.
– Коша!
– Предатель!
– Слезай.
– Ты меня бросила!
– Коша, еще раз, и я…
Все, одна шишка попала мне в глаз, вторая по носу. Я зарычала и вскочила на ноги, Коша на всякий случай громко заорал и вцепился в ветку когтями всех четырех лап. Я плюнула и плюхнулась обратно, а Паша тихо посмеивался, поворачивая кролика над огнем. Очередная шишка угодила ему в лоб.
– Коша! – Это уже мы вместе.
Дракончик сопел и лез по стволу выше, ища еще боеприпасы. Движение руки, и вот он уже летит на землю, зависает перед моим носом и получает по уху.
Мировая скорбь и упрек в глазах.
Я посадила его к себе на колени и принялась гладить и кормить завалявшимися в кармане орехами. Вскоре обида прошла, и Коша, щурясь и урча от удовольствия, валялся у меня на ногах кверху пузом, пока я его почесывала. Перед моим носом появилась шипящая кроличья лапка.
– Прошу откушать, – улыбнулся Паша.
Дракоша тут же ее схватил и нагло откусил неплохой кусок, чавкая и показывая нам большой палец, – этому его, кажется, Паша научил. Я насупилась, но мне тут же отломили еще кусочек, и я успокоенно зачавкала, одобрительно глядя на парня. Пашка тоже устроился неподалеку и грыз еще горячее мясо, обжигаясь и запивая ужин из своей фляги.
Я тоже глотнула и обнаружила, что воду надо будет скоро набирать снова. Кажется, где-то тут неподалеку должно быть озеро. Паша предложение немного отклониться от курса поддержал, а Коша сидел прямо в костре среди лепестков пламени и отщипывал от тушки кролика кусочки повкуснее, греясь на алеющих в темноте углях. Пришелец, выпучив глаза, за ним наблюдал, но, увидев, что я абсолютно безмятежна, тоже успокоился и продолжил есть.
Насытившись, я встала и, подняв засохшую небольшую веточку из принесенной Пашей кучи хвороста, которого по идее должно было хватить на всю ночь, начала рисовать круг у места нашего ночлега.
– Что ты делаешь?
– Охранный круг.
– От кого? – Паша подошел ближе и теперь с интересом наблюдал за процессом.
– От нежити, – подал голос от костра дракоша.
– ?!
Коша поманил его пальцем и начал медленно и вдумчиво рассказывать о том, какие бывают виды нежити и как надо от них убегать. На пятой минуте Паша взмок, на шестой – побледнел, а на седьмой отобрал у меня веточку и начал сам. старательно чертить охранный круг, вдавливая ее в землю так, что та, не выдержав, переломилась. Тогда он принес из кучи хвороста палку понадежнее, чертя уже не круг, а траншею какую-то.
– Тебе лопата не нужна? – вежливо поинтересовалась я.
– А что, есть? – Он поднял от земли сосредоточенный взгляд и вопросительно на меня уставился.
У меня нет слов.
– Круг достаточно просто обозначить на земле, а не выкапывать глубиной в метр. Уже и этого более чем достаточно.
Паша кивнул и продолжил свой нелегкий труд, видимо надеясь, что нечисть попросту споткнется о его художества, рухнет, выругается и уползет восвояси. |