Да-а-а… как говорит Пашка, любовь зла, полюбишь, блин, козла.

    – Карл, это ведьма.

    Я вежливо хлопнула глазами, забыв закрыть рот.

    – У ней щас слюни потекут по подбородку, – сделал наблюдение Карл, и рот был немедленно захлопнут.

    – Неважно, она может тебя сделать русалом, представляешь?!

    Карл, видимо, представлял, так как энтузиазма на его покрытом прыщами лице я не заметила.

    – И мы с тобой увидим папу!

    Остатки энтузиазма сдохли на корню.

    – И сможем пожениться!

    Карл нервно начал оглядываться на такой родной лес.

    – Но для этого тебя сначала надо утопить, – радостно добила я его.

    – А может, не на-адо? – проблеял недоросль, выдирая руку из страстных объятий русалки.

    – Надо! – рявкнула я и резко вскочила. – Щас будем превращать!

    Мощный тычок, и Карл с воплем летит в воду.

    – Топи его! – азартно заорала я, и русалочка с неженской силой поволокла своего избранника на дно.

    – А чего это вы тут делаете? – поинтересовался Коша, заглядывая в озеро.

    Тут на поверхность с воплем «помогите!» всплыл Карл, булькнул что-то ругательное, но вынырнувшая русалочка с силой вцепилась в его плечи и потянула вниз.

    – Топим, – объяснила я.

    Коша, отрыв рот, на меня смотрел.

    – Он тебя обидел? – строго поинтересовался подошедший Паша.

    – Он пытался меня соблазнить, – чтобы хоть как-то объяснить ситуацию, отмахнулась я.

    Паша зачем-то скинул одежду и рыбкой нырнул в воду.

    – Куда это он?

    Коша только пожал крыльями.

    Усталая русалочка всплыла неподалеку, с сожалением наблюдая за тем, как ее любовь, отфыркиваясь, по-собачьи плывет к берегу, но тут Паша вынырнул неподалеку, двумя мощными гребками догнал несчастного, врезал пару раз по морде и с силой погрузил находящегося в отрубе недоросля в воду. Мы все трое удивленно на него таращились. Труп недоросля медленно всплыл спиной вверх и задрейфовал к берегу. Пашка же вынырнул у моих ног, окатив до колен брызгами, одним слитным движением вылез на берег и начал одеваться.

    – Спасибо, – неуверенно протянула я.

    Он вдруг нежно улыбнулся и провел по моей щеке холодными пальцами.

    – Если что, ты только скажи.

    – А мне, если что, можно сказать, когда меня будут соблазнять? – дергал его за штанину Коша, радостно прыгая от нетерпения.

    Паша хмыкнул и поднял его на руки, а я обернулась к русалке с ее суженым.

    Заклинание плелось легко, серебристая вязь ткалась в воздухе, сплетясь в узоры и сновидения, ложилась на тело, окутывала кожу, вживлялась в ноги. Руки танцуют в воздухе, глаза полуприкрыты, а я уже не здесь, меня нет, я растворилась в заклинании и теперь пою, а не говорю, сплетая сети волшебства. Тело Карла приподнялось над водой, окуталось серебристой паутиной вязи заклинания. Я прошептала последнее слово, и вот уже он опускается, его ласково принимают воды озера, а от талии начинается красивый, серебристый с белыми узорами хвост.