– Я сама проведу вас цепью порталов, если ты, ведьма, дашь мне слово, что освободишь на берегу океана.

    – Ты веришь моему слову? – Я устало прильнула к груди Пашки, чувствуя затылком его подбородок.

    – Верю, – кивнула она.

    – Что ж, я даю тебе слово ведьмы, что на берегу океана ты обретешь свободу от золотого браслета.

    За ее спиной тут же расцвел всполохами рваных краев черный провал первого портала. Эльфийка исчезла в его глубине.

    – И помни, – эльф стоял неподалеку и говорил тихо, но доходчиво, – если ты нарушишь слово, то весь мой род будет тебя искать, чтобы подарить вечную жизнь, полную боли и ужаса.

    – Я запомню, – сонно кивнула я и заснула прямо при переходе через портал. Сил бодрствовать больше не было.

    – Ди, проснись! Да проснись ты! – оглушил меня счастливый голос Коши.

    Я зевнула и с трудом села, обнаружив себя лежащей в небольшой уютной комнатке на мягкой и до безобразия уютной кровати, в одной ночнушке… Не поняла.

    – Ди, смотри, там море. Море!

    – Океан, – поправила я прыгавшего на подоконнике Кошу, изучая рисунок по подолу ночнушки.

    – Ну океан, – отмахнулся он, прилипнув мордочкой к стеклу.

    Что-то сжало указательный палец. Подняв правую руку, я увидела на нем тонкую искорку золотого колечка и тут же все вспомнила.

    – Кош, а где моя одежда?

    – Стирается, – отмахнулся он. – Ди, а мы купаться будем?

    – Обязательно. Слушай, а кто меня переодел?

    – Как кто? Паша, – даже удивился моей тупости драконник.

    Я медленно бурела, а тут еще приоткрылась дверь и в комнату вошел Паша. Вспышка, дым, и вот уже на пороге стоит огромный медведь и с удивлением рассматривает свои лапы.

    – У-у-у! – прорычал он, с ужасом глядя на меня.

    Я сидела, вся возмущенная, сложив на груди руки.

    – Это она оттого, что ты ее голой видел, – подал от окна голос Коша. – Она ж не знает, что мы рубашку и панталоны не снимали.

    Щеки пылали красным, а медведь тут же превратился в козла.

    – Бе-э-э!

    – Сочувствую, – кивнул Коша и снова уставился на море.

    – Так, а это у нас что? Ты как сюда попал?

    В комнату вошла хозяйка с подносом, на котором дымилась чашка ароматного чая и стояла тарелка с целой горой еще горячих пирожков.

    Я немедленно всех простила и с радостью принялась уписывать угощение. Даже козла расколдовала, отчего женщина вскрикнула и, непрерывно крестясь, удалилась на кухню.

    Пашка стоял посреди комнаты жутко обиженный и явно желающий мне много чего высказать.

    – Паш, иди сюда. – Дракоша отвернулся от окна и поманил его лапкой. – На. – От хвоста была оторвана одна чешуйка и торжественно передана парню, я возмущенно замычала, сидя с набитым ртом, а потому временно не имея права голоса.

    – А зачем мне это? – Паша удивленно вертел в руках чешуйку, серебрящуюся в лучах падающего в окно света.