– А он чего, плавает? – удивился Коша, никогда до этого не видевший кораблей.

    – Зато бесплатно! – возмутился Пашка и первым ступил на узкую трясущуюся досточку трапа.

    Он умудрился дойти аж до середины, прежде чем она под ним подломилась и он рухнул в воду. Мы с Кошей просто телепортировались на борт, бросив парню первую попавшуюся веревку с каким-то шариком на конце.

    – Кто выбросил якорь?! – раздался за нашими спинами испуганный вопль.

    Я обернулась и обнаружила капитана. Он пытался ухватиться за чересчур быстро разматывающуюся веревку, но та выскользнула у него из рук и с бульком утонула. Паша, кстати, уже сам залез на борт и поднял все вымокшие сумки.

    – Где наша каюта?

    Капитан грустно смотрел на мутную воду и не реагировал на вопрос. Я тактично наступила ему на ногу, вопль несчастного поднял на палубу всю команду, состоящую аж из трех человек. На нас смотрели неприветливо, а капитан прыгал по палубе, ощупывая оттоптанную конечность.

    – Так где наши каюты? – напомнил о себе Паша и бросил тюки на палубу.

    Команда как-то чересчур сильно ими заинтересовалась, уже не глядя в сторону кэпа.

    – Так, все, с меня хватит! – возмутилась я, и мы тут же оказались на палубе шикарного белоснежного корабля с почему-то синими парусами.

    Ну да фиг с ними. Мой взгляд поймал удивленно смотревшего в нашу сторону капитана, и я направилась к нему.

    – Меня зовут Ди, я ведьма. Мы плывем на континент.

    – Очень приятно… – растерялся капитан, выглядывая за моим плечом мокрого Пашку и сидящего на мешках Кошу. – Только вот вы не заплатили за багаж, и мы плывем не на континент, а к островам архипелага, поскольку торгуем с ними.

    Я улыбнулась. Во мне стремительно просыпался дипломат.

    – Ну все, сейчас нам покажут наши каюты, мы плывем на материк.

    – Как тебе это удалось? – удивлялся Пашка, подхватывая вещи (дракоша с них так и не слез) и направляясь вслед за вызвавшимся нас проводить юнгой.

    Я только таинственно улыбнулась, но в каюте они меня раскололи.

    – Да ничего особенного, просто я пообещала капитану в конце пути загадать одно желание джинну.

    – А ты не боишься? – нахмурился Паша.

    – Нет, – отрезала я, – джинн тоже не дурак и знает, какие желания надо исполнять дословно, а какие стоит подкорректировать, не нарушая формулировки приказа.

    – А, ну тогда ладно! – обрадовался Коша и перелетел на широкую уютную кровать, тут же начав по ней прыгать. – Я буду спать здесь.

    – Ага, щас! – возмутилась я и ринулась в бой.

    Писк, визг и куча счастья. Паша ушел в персональную каюту, а вскоре нам принесли обед. На двоих, между прочим; правда, Коша долго и тщательно все выверял, стараясь, чтобы ему досталась порция побольше. Ну и ладно. А в иллюминаторе стремительно удалялся берег – мы вышли в открытое море… или в открытый океан? Ай, да все равно, лишь бы подальше отсюда.

    ГЛАВА 10

    У меня началась морская болезнь. Я сидела вся зеленая и, с ужасом взирая на качающуюся за иллюминатором воду, мечтала о скорой смерти. Коша теперь съедал по две порции: я не ела вообще и лишь изредка выходила на палубу, чтобы, закрыв глаза, склониться над поручнем и громко стонать, вызывая шутки и смех экипажа.