Когда Кимберли отступила назад, я отполз от края пропасти и встал.

– Никого больше не заинтересовало? – спросила она и пошла к тому месту, где оставила томагавк и копье, на ходу снимая рубашку Кита.

– Я совершенно не хочу его видеть, – заявила Билли.

– Дай мне свою веревку, – попросила ее Кимберли.

Билли нахмурилась.

– Зачем?

– Я спущусь вниз.

– Ты шутишь, – пробормотал я. – Ты ведь не собираешься делать это.

– Разумеется, сделаю. – Никогда еще я не видел Кимберли такой решительной. Мне стало страшно. Я должна убедиться, что это он.

– Конечно он. А кто бы еще это мог быть?

– Гиллиган? – предположила она. – Профессор? Д. Б. Купер? Кто знает? Да кто угодно.

– Это Уэзли, – настаивал я. Конни недовольно посмотрела на нее.

– Ты сама сказала нам, что это Уэзли.

– Я убеждена, что это действительно он. Но убеждена не окончательно. Вот почему мне нужно спуститься вниз и перевернуть его.

Перевернуть?

– ОБоже! – воскликнул я. – Только не это. Ты ведь не собираешься к нему прикасаться?

Странно улыбнувшись, Кимберли ответила:

– Конечно, собираюсь.

– Делай, как знаешь, – сдалась Билли. Поморщив носик, она подняла кольца веревки, перекинула через их голову и протянула Кимберли. Та взяла веревку.

– Нет абсолютно никаких причин спускаться туда, – запротестовал я. – Правда. Послушай, ты и я знаем, что это Уэзли, так что...

– Может, ты и знаешь, приятель.

– Ты тоже знаешь.

– Ничего такого я не знаю.

– Это не смешно.

– А я что, рассказывала анекдот?

– Ты себя странно ведешь.

– Он прав, – вмешалась Конни.

– Давайте поставим на этом точку и вернемся на свой пляж, – предложила Билли.

Ехидная ухмылка исчезла с лица Кимберли.

– Я сделаю так, как собиралась. А я собиралась спуститься вниз и нанести визит нашему мертвому другу. Потому что, если это не Уэзли, мне надо это знать, а если это Уэзли... – она пожала плечами.

– Тогда что? – переспросила Билли.

– Ничего. Просто мне надо убедиться в том, что это он. Вот и все. И знаешь что? Я теперь уже не столь уверена. Чем больше я об этом думаю, тем больше мне этот парень кажется недостаточно крупным для Уэзли.

– Чушь! – воскликнул я.

Не говоря больше ни слова, Билли подошла к обрыву и заглянула в пропасть. Затем она что-то невнятно промычала, и, постояв еще с минуту, повернулась и подошла к нам. Лицо у нее было бледным.

– Это должен быть Уэзли, – пробормотала она. – А кто бы это мог быть? Собственно говоря, мне кажется, что люди и должны после смерти выглядеть поменьше, чем при жизни.

– Так и ты думаешь, что он выглядит не таким большим? – воскликнула Конни.

– Ну... вроде как. Уэзли был довольно крупным парнем...

– Мертвец тоже большой, – заметил я.

– Не уверена, что настолько большой.

– Господи! – буркнула Конни.

– У него рана от копья Кимберли в заднице, – заметил я. – И череп проломлен точно так, как рассказывала Тельма...

– Что сильно затрудняет его опознание, – прервала меня Кимберли. – А дырку в заднице можно сделать кому угодно.

– Кому, например? – взорвался я.