– Еще раз, – сказал шкипер. – Раз, два, три… тащи! – Пятясь назад, он тащил за собой Уинстона.

– Руки! Мои руки! – охнула Сюзи. – Я больше не могу держаться.

– Сюзи, потерпи еще немного! – Жилы на руках шкипера напряглись от усилия, но он уже был вне досягаемости предательских песков, а грязные голые ноги Сюзи показались на поверхности.

Наконец Сюзи была спасена.

– Можно встать, Сюзи, ты на твердой почве.

Но она была не в силах; ее трясло, она всхлипывала от пережитого страха. Шкипер помог ей встать на ноги.

Пошатываясь, Сюзи пошла к морю смыть с себя грязь. Им были видны остальные члены компании, находившиеся в полумиле от них. Кэри все еще плавала с маской, Сильвана читала, Анни дремала, а Пэтти сидела, скрестив ноги и опустив вниз голову, – она предавалась медитации.

Символом высокого положения в горнорудном деле является белый цвет. Начальники смен всегда носят белые каски, в тех редких случаях, когда шахту посещает английская королева, ей предлагают облачиться в белый комбинезон. По прибытии на шахту Маунт-Ида гостям из Питтсбурга сразу же выдали белые каски и белые комбинезоны. На фоне закопченной шахты они выглядели рекламой стирального порошка.

Чарли, как всегда с отвращением, шагнул в клеть, которая, вместив в себя человек сорок, за столько же секунд спустила их вниз и остановилась с жутким скрежетом, от которого содрогались все кости.

Небольшой группе в ослепительно белых одеждах подали джип, работавший на электробатареях, и они проехали одну милю по туннелю шириной в двадцать футов, который вел в забой.

По мере того как они приближались к забою, пыли стало больше, а грохот стал невыносим. В конце туннеля уже собралась бригада, которой доверили продемонстрировать подготовку к взрывным работам.

Сделав понимающие лица, гости внимательно наблюдали за работой. Поскольку Артур видел подобную операцию, наверное, в сотый раз, он отвлекся и стал вспоминать утреннюю встречу с президентом Пауи. Все шло более-менее так, как предсказывал Эд, за исключением одного момента. После того как он передал несколько усеченный Эдом доклад президенту, тот посмотрел ему прямо в глаза и спросил:

– А какие перспективы насчет кобальта?

Артур, нимало не смутившись, ответил:

– Их нет, сэр. – И добавил: – Господину президенту, конечно, известно, что, даже если бы мы и нашли кобальт, он не будет в цене. Сейчас цены резко снизились.

Президент усмехнулся:

– Кто знает, что может произойти в будущем, сэр.

– Что бы мы ни нашли, господин президент, Пауи получит из этого значительную долю.

Воспоминания Артура были прерваны резкой переменой в завываниях буров. Группу людей в белых одеяниях мгновенно окутал клуб пыли. Послышался ужасающий свист воздушной струи, вырывающейся под большим давлением.

Разошлось сцепление воздухопровода, сразу же понял Артур. Никто не успел шевельнуться, как труба воздухопровода толщиной в руку ударила по кровле шахтного ствола, разбив огнеупорную электрическую лампу.

Они оказались в кромешной тьме и в замкнутом пространстве. В эту секунду каждый из них осознавал, что над ними нависли тысячи тонн черной земли.

Кто-то рядом с Чарли пронзительно вскрикнул. Чарли вспомнил, что видел экстренный телефон, который свисал со стены в забое и связывал напрямую со спасательной командой. Кашляя и задыхаясь, Чарли ощупывал стену в поисках телефона, но никак не мог его обнаружить.

Фонарики на их белых касках прорезывали мутными неверными лучами света слои пыли, сами высокие гости пытались вдохнуть воздух, а вместо этого глотали пыль. Пыль забила их ноздри и резала глаза.