В глубине туннеля виднелся свет. Все члены группы поняли, что, если двигаться на свет неповрежденных лампочек, можно выйти обратно к подъемнику и подняться на поверхность. Они стали поспешно пробираться к этому слабому источнику надежды.

Но один человек не двинулся с места.

Эд закричал:

– Здесь раненый! Скажите, чтобы спасатели прихватили носилки! – Но его никто не услышал, и он повернул обратно, ориентируясь на стоны.

Когда удушливая пыль улеглась, Эд при помощи фонаря на своей каске смог увидеть бледного бородатого человека, он корчился на полу и кричал от боли. Муфта, отскочившая от рукава воздухопровода, раздробила ему колено.

Наверху трое спасателей развлекались игрой в покер, когда прозвучал сигнал тревоги. Без слов они побросали карты и через двадцать пять секунд уже спускались в шахту.

Прожектор и фары санитарной машины высветили сгрудившихся грязных, задыхающихся, кашляющих мужчин. Позади этой группы слышались чьи-то стоны, кто-то звал на помощь.

Санитар спрыгнул с сиденья и поспешил в конец туннеля, где фонарь каски Эда освещал раненого. Он опустился на колени, посветил своей лампой на искалеченную ногу человека.

– Вот бедолага, – пробормотал он и подозвал к себе остальных членов своей команды.

Пока санитары оказывали помощь раненому, Эд сел в джип и стал водить по туннелю прожектором, чтобы убедиться в том, что больше раненых нет. Бледный луч выхватил скорчившуюся на земле фигуру человека.

Эд закричал:

– Носилки! Еще есть пострадавшие! – Он слез с джипа, бросился к человеку и повернул его на спину. – Боже мой, Бретт!

Эд отчаянно закричал:

– Носилки! Кислород! Быстрее!

К нему подбежали два санитара. Первый приложил к лицу Бретта кислородную маску, второй взял руку Бретта, чтобы проверить пульс. Из безжизненных пальцев выпал синий аэрозольный флакон.

В тусклом свете шахты санитар сделал Бретту внутривенную инъекцию. И снова никакой реакции у пострадавшего. Медики переглянулись между собой. Оба понимали, что этот человек мертв.

Никто из них не знал, что если бы горничная в гостинице не подобрала с пола в ванной использованный аэрозольный баллончик и не положила бы его аккуратно на полку рядом с новым и Бретт не взял бы его с собой по ошибке, то он мог бы спасти свою жизнь вместо того, чтобы в отчаянии нажимать на пустой баллончик, задыхаясь от пыли…

6

– Пожалуйста, леди, рассаживайтесь поудобнее.

Шкипер провел «Луизу» сквозь пролив между коралловыми рифами, направившись прямо на волну и на ее гребне перепрыгнув опасное место. По обе стороны пролива раздался оглушительный шум, когда море ударилось о возвышающиеся берега кораллового рифа, взметая в воздух брызги.

«Луиза» взяла курс на северо-восток и двинулась назад в Райский залив. Солнце перестало так нещадно палить, и начал дуть легкий бриз.

Шкипер надеялся, что в скором времени женщины воспрянут духом. Сюзи сидела ссутулившись в душной каюте, все еще заплаканная после выпавшего на ее долю испытания, тихоня Анни наливала еще порцию водки с тоником.

Стоя на корме, шкипер наблюдал, как Кэри ловит рыбу. Он подавил зевоту. Туристический сезон приближался к концу; сезон дождей начнется с первого декабря. Он оставил штурвал и оглянулся через плечо на нижнюю палубу.

Кэри поймала небольшого тунца – около шести фунтов, прикинул он, – и теперь сидела на корточках на палубе и прилаживала новую наживку. Уинстон помогал ей.

Шкипер был по-настоящему доволен этим парнем. Плавал он, как форель, а нырял, как дельфин; он стоит больше, чем все зерна, из которых изготавливалась мука для тех двух мешков, что его отец брал в качестве платы за него.