– Как ты вечно ко мне так подкрадываешься? – вопросила Элли, хватаясь за сердце, пока Кейт с Сифом помогали ей подняться.

– У меня хорошие новости! – провозгласила Кейт. – Я только что провела королевскую церемонию и наградила Лорена за «действительную помощь острову».

– Что-то не похоже на хорошую новость, – сказала Элли. – Он потравил фермы и зерно и определённо планирует нечто похуже. С чего тебе его награждать?

– Ну, – Кейт запустила руку в стоящую на столе коробку; вытащив золотой браслет, она многозначительно покачала им, – чем, по-твоему, я его наградила? Он сразу же у меня на глазах нацепил его себе на запястье. Как они работают, кстати говоря?

– Ох, – сглотнув, вымолвила Элли. – Сама знаешь. Разные изобретательские хитрости.

На самом деле в каждом браслете была бороздка, заполненная морской водой. Элли надеялась, что этого будет достаточно, чтобы Сиф мог почувствовать их, как почувствовал тогда пузырьки морской воды в покоях Кейт. После Виолиной неслыханной полосы неудач такой браслет сидел на запястье каждого из осведомителей из книги Лорена.

Той ночью Элли и Сиф, закутанные в плащи с капюшонами, кружили по острову.

– Пока ничего не чувствуешь? – спросила Элли, когда они проходили под Аркадой Возрождения.

Сиф то и дело махал в воздухе рукой, словно муху пытался прихлопнуть. В последние дни голоса, звучавшие из моря, терзали его непрестанно.

– Нет, – ответил он, а затем пнул раковину мактры, всполошив стаю чаек.

– Эм… ты в порядке? – уточнила Элли.

– Я думаю, Виола знает про меня.

Элли потёрла затылок.

– Угу, она знает. Она видела тени на твоей коже и догадалась, что это ты призвал тех косаток нам на помощь. Она… она знает, что ты бог. Но ведь она не перестала быть твоим другом, ничего такого – ты провёл с ней весь день!

– И она и словом со мной не перемолвилась. – Лицо у него осунулось. – Она держится чудно, не отпускает обычных шуточек. Как будто она… боится меня или вроде того.

– Я думаю, она просто ошеломлена. Дай ей немного времени.

Сиф свирепо перекрестил на груди руки и зашагал прочь. Элли поспешила следом.

– Может… тебе поговорить с ней об этом, помочь ей понять?

Сиф встал столбом посреди улицы.

– А что? – вопросила Элли. – Я думаю, это неплохая мысль.

– Нет, – Сиф ткнул пальцем. – Два браслета вон там. – И он метнулся в проулок.

– Сиф! – зашептала Элли. – Подожди меня!

Двое мужчин волокли джутовый мешок из дверей выгоревшего на солнце голубого деревянного дома, а у их ног заливалась лаем крохотная собачонка. За ними выбежала женщина в ночной сорочке.

– Пожалуйста, я берегла его! Это наше последнее зерно!

– Почитай это своим гражданским долгом, – отозвался один из мужчин. – Ты поголодаешь ради того, чтобы другие, не тебе чета, были сыты. – Он ткнул своего напарника в запястье. – Эге, где ты это взял?

Мужчина ухмыльнулся:

– Выиграл на мечах. Против бабы ростов в десять футов да с лапищами толще моей головы.

– Ха! Я тоже. – Другой поднял руку, демонстрируя второй золотой браслет с блеснувшим в темноте хрусталём. – Красивый, верно?

– Я… я позову Смотрителя! – пригрозила женщина.

– Попробуй, – сказал один из мужчин, поднимая башмак под собачонкой, – и мы не станем миндальничать.