– И давно ты стал моей девушкой? – сказал он револьверу. – Не отвечай, – сказал он револьверу, – лежи там тихо, смирно, а придет время, ты у меня убьешь кого-нибудь получше этого сухопутного краба.

Он лежал, глядя на линию прибоя, и к тому времени, когда Ара и Генри появились на берегу, у него уже почти все было обдумано. Он увидел их, отвел взгляд в сторону и снова стал смотреть на море. Он пытался не думать об этом, пытался ослабить напряжение и не мог. Пока они не подойдут, он будет лежать спокойно, ни о чем таком не думая – только о волнах, разбивающихся о риф. Но времени на это ему не хватило. Они подошли слишком быстро.

– Нашли что-нибудь? – спросил он Ару, который сел под серым топляком. Генри сел рядом с ним.

– Одного нашел. Молодой человек. Убит.

– Факт, немец, – сказал Генри. – В одних шортах, длинноволосый. Блондин, волосы выгоревшие, пегие. Лежит, уткнувшись лицом в песок.

– Его застрелили?

– Да. Выстрелом в поясницу и в затылок, – сказал Ара. – Rematado. Вот пули. Я их отмыл.

– А у меня. – сказал Томас Хадсон, – четыре таких.

– Девятимиллиметровые, от «люгера»? – спросил Генри. – Того же калибра, что и наши.

– Эти, с темными головками от автомата, – сказал Томас Хадсон. – Благодарю вас, доктор, что вы извлекли их.

– Рад стараться, – сказал Ара. – Та, что в шею, прошла навылет, я ее в песке нашел. Вторую Генри вырезал.

– Вырезал, и ничего, – сказал Генри. – На солнце, на ветру он вроде подсох. Нож будто в пирог вошел. Этот совсем другой, но то что-то. Почему его убили, Том?

– Не знаю.

– А как ты думаешь? – спросил Ара. – Зачем они сюда зашли – ремонтироваться?

– Нет. Они свою подлодку бросили.

– Да, правильно, – сказал Ара. – И увели лодки отсюда.

– Но почему же они убили этого матроса? – спросил Генри. – А, может, непонятливый, так ты уж извини, Том. Но ты же знаешь, как мне хочется помочь всем, чем могу, и я так рад, что мы наконец-то вошли с ними в соприкосновение.

– Какое там соприкосновение, – сказал Томас Хадсон. – Один только запашок.

– Но, Том, кто же убил матроса и почему его убили?

– Семейные неурядицы, – сказал Томас Хадсон. – Ты видел когда-нибудь, чтобы человека из добрых чувств убивали выстрелом в позвоночник? А вот в затылок ему выстрелили, чтобы прикончить – это уже из добрых чувств.

– Может, их было двое? – сказал Ара.

– Гильзы ты нашел?

– Нет, – сказал Ара. – Я искал их там, где им бы следовало упасть. Даже если стреляли из пулемета, их бы не выбросило дальше того места, где я искал.

– Тут, наверно, действовал тот же дотошный стервец, который и там подобрал гильзы.

– Куда они могли уйти отсюда? – спросил Ара. – Куда они направились на лодках?

– К югу, конечно, – сказал Томас. – Ты что, не знаешь, что на север им нельзя?

– А мы куда пойдем?

– Я стараюсь разгадать, что у них на уме, – сказал Томас Хадсон. – Только фактов у меня маловато.