Сайрус не знал, что сказать. Чтобы не выдать своих чувств, он снова впился в рулетку.

— Ширина оконного проема — ровно три фута.

— Понял, — сказал Рик и чиркнул ручкой в блокноте.

Наступила пауза. Сайрус принялся сматывать рулетку, а Рик все писал что-то, тоже явно смущенный.

— Я вот еще о чем хотел с вами поговорить, — наконец сказал он.

— Слушаю тебя.

— Пока я беседовал с Юджинией, до меня вдруг дошло, как много вы для меня сделали, начиная с той ночи, когда приехали, чтобы забрать меня из полицейского участка. Раньше я никогда не задумывался о том, что вы занятой человек, у вас куча своих дел, особенно в последние три года, когда вам пришлось заново создавать бизнес.

Сайрус резко повернулся и оказался лицом к лицу с юношей.

— Рик, я все делал только потому, что мне этого хотелось. Ты замечательный парень. Если у меня когда-нибудь будет сын, то неплохо бы ему стать таким, как ты.

— Правда? — Рик густо покраснел. — Спасибо.

— О чем ты хотел со мной поговорить?

— Да вот именно об этом, о детях.

— О детях?

— Я уже не ребенок, дядя Сайрус, — твердо сказал Рик. — Когда я был маленьким, вы защищали, оберегали меня, иногда даже проделывали всякие штуки с отцом. Но теперь меня уже больше не надо защищать, ладно?

Сайрус вспомнил последние пять лет, в течение которых он учил парня разводить костер, красить стены в комнате, пользоваться презервативом, а главное — контролировать гнев и боль, вызванные у мальчика безответственным поведением Джейка Таскера. Да, он всегда старался защитить Рика, но теперь, похоже, это время кончилось.

— Ладно, — коротко ответил Сайрус.

— Мужчина должен уметь мириться с тем, что другие не всегда оправдывают его ожидания и живут не так, как хотелось бы ему. Вы учили меня, что очень важно установить для себя некие стандарты и пытаться им соответствовать. И еще вы твердили, что это единственный способ, чтобы без стыда глядеть на собственное отражение в зеркале.

— Неужели я в самом деле такое говорил? — нахмурился Сайрус.

— Полтора миллиона раз.

— Черт. Очень похоже на то, о чем когда-то говорил мне дедушка Бо. Наверно, я превращаюсь в старую перечницу.

— Теперь я сам могу о себе позаботиться, дядя Сайрус. Вы многому научили меня, так дайте мне теперь воспользоваться этим.

— Значит, ты больше не станешь брать у меня джип? Рик ухмыльнулся, и, видимо, у него камень с души свалился.

— Конечно, я сам могу о себе позаботиться, но я не говорил, что жизнь не потеряет для меня прелести, если я лишусь доступа к вашему джипу.

Сайрус расслабился, ему тоже полегчало.

— А я боялся, что ты имел в виду именно это. Ну ладно, давай-ка работать. Совпадают ли фактические размеры пола этой комнаты с теми, что проставлены на чертежах?

Рик взглянул на чертежи, затем посмотрел в свой блокнот.

— Все совпадает, тютелька в тютельку.

— Значит, для тайника здесь места не остается. Теперь давай осмотрим большую спальню.

— Давайте. — Рик вышел следом за дядей из библиотеки. — По-моему, Юджиния не верит, что вы найдете кубок Аида. Она считает, что вы зря тратите время.

— Между прочим, в этом состоит одно из интересных качеств Юджинии, — на ходу заметил Сайрус. — Она не стесняется высказывать свое мнение.

Терпения у Юджинии хватило до конца обеда. Наконец она откинулась на спинку стула и выжидающе уставилась на Сайруса и Рика, сидевших напротив.